Книга Искатель, 2010 № 07, страница 47 – Владимир Соколов, Владимир Лебедев, Журнал «Искатель», и др.

— Не надо. Сам управлюсь. Если что — соседей подключу.

— Ну ладно. Как знаешь. Иди быстрей, не тяни резину! Возможно, там насилуют кого-то, а ты здесь сигаретки куришь.

Участковый на своих двоих потопал на место происшествия, а там в это время Кобылкина, увидев на полу армаду пенисов, всплеснула руками:

— Вова, ты зачем это взял? Кто тебе разрешил? Шкода!

— Вот, мама, глибоськи какие больсие. Как у папы писька. Я иглаюсь.

— Я вот тебе поиграюсь, непослушный ребенок!

Света шлепнула шалунишку по попке, торопливо собрала «подосиновики» в коробку и спрятала в шкаф. Один гриб из пластилина солидных размеров случайно остался лежать незамеченным под стулом.

В это время пришел участковый и позвонил в квартиру. Кобылкина открыла дверь. Сидоров представился, поздоровался с хозяйкой, погладил по голове подвернувшегося под руку мальчугана, снял форменную фуражку, разгладил ладонью волосы, после чего спросил:

— Что у вас тут случилось?

— Ничего не случилось, — недоуменно ответила хозяйка, взволнованная неожиданным визитом милиции.

— А почему соседи звонили?

— Не знаю!

— Атам глибоськи, дядя. Я иглал, а мама заблала! — сообщил участковому ребенок и потянул дядю за руку в зал.

— Пойдем посмотрим, что там у вас, — сказал Федор Матвеевич.

В зале Вова полез под стул, взял «глибок» и подал его дяде. Сидоров взял в руки пластилиновый фаллос внушительных размеров, повертел его в руках, а затем молча сунул его в левый карман брюк. За долгие годы работы в органах он еще не встречался с такими поделками местных умельцев. Видел он ложки, чашки, вазы, фигурки разных животных, вылепленные из глины или вырезанные из дерева, но такого предмета ему видеть ни разу не приходилось.

Рыться в шкафах Сидоров не стал. Он не имел к этому никакого желания, да и по закону не имел права это делать. Он вежливо предложил гражданке Кобылкиной Светлане Юрьевне пройти с ним в милицию:

— Там следователь разберется. Ребенка на время оставьте у соседей.

Сидоров привел Свету в райотдел к дежурному Хабарову, который первым делом посмотрел на оттопыривающийся левый карман брюк участкового, из которого выглядывала головка мужского полового члена:

— Матвеевич! Почему у тебя хрен из кармана торчит? Карман худой что ли?

Супруги Кобылкины свои изделия научились мастерить очень искусно, а потому отличить искусственные фаллосы от настоящих членов было практически невозможно.

— Миша! Это не мой хрен! — ответил участковый.

— А чей же? Снова ревнивая жена у мужа отчекрыжила? — посмотрел Михаил Федорович на бледную, ничего не понимающую Свету. — Я так и предполагал. А зачем ты, Матвеевич, в карман его засунул, а не в полиэтиленовый пакет. Негигиенично как-то. Брюки себе запачкал, небось?

— Миша? Что ты мелешь? Это не настоящий член, а вылепленный, — сказал Сидоров, доставая из кармана мужское достоинство, которое тут же передал дежурному.

— Смори-ка! Как настоящий! Где ты его взял, Матвеевич?

— Вот, в квартире этой гражданки, — указав на Кобылкину, ответил участковый уполномоченный.

Света стыдливо опустила глаза, готовая вот-вот расплакаться.

Михаил Федорович позвонил начальнику следственного отделения Хахалеву:

— Борис Николаевич! Тут такое дело. Сидоров женщину привел, Кобылкину Светлану Юрьевну, и половой член принес.