Онлайн книга «Искатель, 2010 № 08»
|
Сын установил на базу данных дополнительную защиту и сообщил отцу новый пароль. Степан Викторович его поблагодарил и пароль изменил. Объяснил сыну: картотека для служебного пользования, если начальство узнает, что к ней имеют доступ посторонние, у него будут неприятности. Крупные. А еще он привел из отдела спеца-программиста, который дополнил базу данных скрытым модулем, фиксировавшим все запросы, даже если спрашивающий не хотел этого. В том, что Витька взломает базу данных, Гультяев не сомневался. Во-первых, сын сделает это, чтобы проверить свои хакерские способности, во-вторых, просто из любопытства. Поскольку все запросы аккуратно записывались, Степан Викторович знал и о том, что сын получил доступ к базе данных, и о том, что он в ней искал. Поначалу отпрыск шарил по базе данных бессистемно, удовлетворяя собственное любопытство. Потом ему это надоело, и запросы на выборку сведений о криминальных авторитетах прекратились. Изредка сын все же интересовался конкретными фамилиями, потом, научившись правильно формулировать запросы, и фирмами. Гультяев догадывался: друзья Витьки, не поступившие в институты и устроившиеся на работу, наводят справки о том, куда они попали. Кто поумнее — пытаются узнать это еще до того, как оформлять трудовую книжку. «Ничего, им будет полезно знать, как их фирма связана с бандитами, — злорадствовал Степан Викторович. — Вот если бы можно было такую базу данных разместить в Интернете, с открытым доступом! Как бы всполошился весь криминальный бизнес! Но нельзя — по судам затаскают». Почти еженедельно просматривая запросы сына к базе данных — просто так, на всякий случай, — Гультяев обратил внимание на то, что Заваруху грохнули вскоре после того, как им почему-то заинтересовался сын. Потом был запрос про Горчичника. Вскоре и он ушел в мир иной. Это было подозрительно. Выяснить, для кого Витька искал информацию, оказалось несложно. Как-то за ужином Гультяев рассказал последние новости. Сын должен знать, чем занимается отец, тем более что выбрал смежную профессию, учится на юридическом. — А мой одноклассник, Стас, недавно вспоминал этого самого Горчичника, — поддержал разговор Витька. — Теперь, наверное, радуется, что его уже нет с нами. Сын скорчил траурную рожицу. «Насмотрелся западных фильмов, — огорчился Степан Викторович. — Но выразился корректно: не «интересовался», а «вспоминал». А может, он уже знает, что я знаю, что он шарит в базе данных? Или одноклассник действительно «вспоминал», а Витька потом по своей инициативе делал запрос?» — Почему? — Да он ухаживает за девушкой, папа которой — банкир. Ну, она Стасу и рассказала об отцовских неприятностях. Какая-то фирма Горчичника требовала у банка крупный кредит, папа девушки нервничал, она и мой одноклассник тоже... Теперь успокоился. — И что, управляющий банком спрашивает у... как вы там говорите? бойфренда дочери, кому можно выдавать кредит? — Нет, конечно, — улыбнулся сын их фамильной — рот до ушей — улыбкой. — Думаю, он за ужином просвещал свою дочь, так же как ты сейчас меня, готовил к взрослой жизни, учил решать неизбежные проблемы. Ну, а она рассказала своему — как ты сказал? — бойфренду о возникших у отца непонятках. — Могу и не просвещать, — сделал вид, что обиделся, Степан Викторович. На самом деле ему хотелось рассмеяться. |