Онлайн книга «После развода. Спаси меня, мой Генерал»
|
Да, он гендиректор. И только. Владелица всего этого — я! И я была уверена, что при разводе всё останется мне. Я готова была помочь Николаю устроиться на новое место, обеспечить его жильем и каким-то минимумом. Я посчитала, что это нормально. А Коля посчитал иначе. Он что-то подмешал мне в чай. А еще я помню длинную, тонкую иглу. Рехаб. Теперь я здесь. Как я понимаю — навсегда. Коля сделает всё, чтобы меня не выпустили. Это только говорят так красиво, что рехаб — это место для реабилитации. Давно уже не так. Рехабы — это частные лавочки. Кто-то решает якобы помогать людям. Создает это заведение. Оно закрытое. Туда могут вообще не пускать родных — это тоже момент реабилитации, так говорят. На самом деле за стенами доброй половины рехабов творится что-то страшное. Я в курсе, потому что много занимаюсь благотворительностью. Тот рехаб, в котором оказалась я, явно из таких. Раньше неугодных людей отправляли в психушку. Сейчас всё проще. Оформляешь бывшую любимую жену в рехаб, объявляешь всем, что она зависима, собираешь нехитрые доказательства. И вот ты уже свободный мужчина с кучей бабла. Коля не просто предал меня, изменил. Он отправил меня в рехаб умирать. Но мне надо найти способ выжить и выбраться отсюда. И отомстить. И я это сделаю. Только… как? — Ты так и будешь сидеть в этой луже дерьма, уродина? Вставай. Пытаюсь подняться. Голова всё еще болит, кружится, но уже не так сильно. Видимо, стресс и ледяная вода сработали как лекарство. — Эй ты? Встала? Иди сюда… как там тебя. — Я… я не знаю. — Что? Ты чё, придуриваешься, ты, страшила? — Нет… я… я не знаю. Я… просто не помню! — Слышь, Вечная, у уродки-то амнезия! — А мы ей сейчас по башке настучим, она быстро всё вспомнит! — Нет, не надо, пожалуйста, не бейте… я… я всё сделаю. Всё, что надо делать. Всё… — Для начала тебя умыть надо. И побрить. — Что? Как побрить? — Наголо, как! Та, которую почему-то назвали Вечной, делает шаг, усмехаясь, и достает бритву. А я проваливаюсь во мрак. Глава 2 Не надо, пожалуйста, не надо… Повторяю про себя словно молитву. И молитву тоже повторяю. Господи, помоги! За что мне это всё? За что? Николай… Бывший муж. Вернее, по закону самый, что ни на есть, настоящий. Как он мог? Я же столько сделала для него, для его семьи! Коля сразу не понравился папе. — Приживал. Альфонс… Где ты таких находишь, Вера? Вышла бы за моего Савичева. — Пап, твой Савичев старше тебя. — И что? Старый конь борозды не испортит. — Пап… — Что ты в нем нашла? В этом Николае? Ты же… ты же вроде у меня не дурочка? И красавица какая! Красавица… да… в платье с закрытым воротом и длинными рукавами я красавица. Но если его снять… — Господи… Я до сих пор помню, как выдохнул старший лейтенант Зверев, когда мы… Когда он стянул рукав платья, а там шрамы от ожогов. Я вырывалась, хотела убежать, а он… — Тише, дурочка, тише маленькая, ты… ты красивая, слышишь? Ты необыкновенно красивая, девочка. Он говорил, а я плакала. Потому что он лгал. Следы от ожогов уродливыми узорами опоясывали руки, с одной стороны заходили на плечо, почти до ключицы. Грудь не тронули. Еще были ожоги на спине, немного на ногах. Николай тоже делал вид, что ожоги его не волнуют. Повторял, что я необыкновенная, волшебная. Я верила. Я на самом деле думала, что люблю его. |