Книга На курорт с заклятым врагом, страница 11 – Лена Тимова

Я отошла в сторону и не стала слушать, как Воронов нахваливает раскрасневшуюся девицу. Шанс на уединение в самолете упущен. Надеюсь, хотя бы в отеле у меня будет возможность отдохнуть от этого любимчика всех женщин.

— Держи. – Воронов протянул мой паспорт и посадочный. – Мы сидим в центре.

Я с раздражением выхватила документы и направилась к эскалатору. Если я не могу сидеть вдали от Воронова, то время ожидания вылета уж точно проведу на другом конце аэропорта.

— До встречи, Света! – крикнул он вслед, и я застыла посреди прохода.

Вокруг спешили на рейсы пассажиры, встречающие искали взглядом родных, носильщики громыхали тележками с багажом, из динамиков объявляли время вылета, а я стояла и не могла сдвинуться с места. Точно так же пять лет назад бывший перед свадьбой радостно кричал мне вслед: «До встречи, Света», – а сам не явился в ЗАГС.

Я обернулась, но Воронов уже растворился в толпе. Тряхнув головой, я зашагала к эскалатору. Кажется, эта командировка обойдется мне дороже, чем я думала.

В самолете на нашем ряду у прохода уже сидел бледный подросток лет тринадцати. Его семьи поблизости не наблюдалось, и я поспешила занять кресло у окна. Мало ли что взбредет в голову парнишке. Воронов спорить не стал и, убрав ручную кладь на полку, расположился на оставшемся месте.

Как только самолет вырулил на взлетную полосу, я почувствовала нарастающее давление в груди. Вот же гадство! Я так давно не летала, что успела забыть последнее путешествие. Мы возвращались из Казани вместе с бывшим, и тогда во время грозы нас изрядно помотало на бесконечных воздушных ямах. Неужели у меня после этого развилась боязнь полетов?

Самолет начал разгоняться. Сердце колотилось с бешеной скоростью, колени подрагивали, живот крутило. Я взмокла и вцепилась в сумку с ноутбуком и документами, как в спасательный круг посреди безбрежного океана. Поминутно сглатывая, я боролась с накатывающей тошнотой. Воронов повернулся в мою сторону и сказал:

— Света, ты не знаешь… Тебе плохо?

Он с тревогой заглянул мне в глаза, но в ответ я лишь замотала головой и промычала что-то невнятное. Воронов стиснул зубы и придвинулся ближе.

— У тебя приступ паники. Дыши глубже. – Его спокойный, глубокий голос вынуждал слушаться распоряжений.

От напряжения мышцы закаменели. Я не могла шевелиться, зато шумно втягивала ртом воздух и тут же выталкивала его из легких.

— Умница, ты отлично справляешься, – продолжал Воронов без тени волнения. – А теперь посмотри по сторонам и найди четыре вещи, которые видишь.

Мой взгляд заметался по салону. Я заметила яркий шарфик на шее полной женщины на соседнем ряду, ручку аварийного выхода, лампочку над креслом, поднятую шторку иллюминатора.

— Прекрасно. Теперь три вещи, которые можешь потрогать.

Я погладила сумку и ощутила мягкую кожу под ладонями, прикоснулась к ледяному стеклу, запустила пальцы в карман впереди стоящего кресла.

— Найди две вещи, которые можешь услышать.

Прикрыв глаза, я прислушалась к происходящему в салоне. На меня тут же обрушилась лавина звуков, будто до этого я сидела в вакуумном пузыре и, наконец, вырвалась наружу. Гудел самолет, набирая высоту, скрипели кресла под беспокойными пассажирами, где-то впереди заходился плачем грудной ребенок. Я ощутила, как меня отпускает напряжение. Тело перестало сводить судорогой, и я, наконец, сумела расслабиться.