Книга Развод по Проекту: Дом, который построила Я!, страница 123 – Арина Вольская

Имя Лидии не стояло отдельно от команды.

Но занимало собственное место.

— Вы опять проверяете, не сняли ли её ночью? — спросил Антон.

Он подошёл с планшетом и бумажным стаканом кофе. За последние месяцы Антон отрастил бороду, начал носить рубашки вместо толстовок и научился спорить с подрядчиками, не повышая голоса. Последнее, по мнению Тамары Игнатьевны, было главным признаком профессионального роста.

— Проверяю крепление, — ответила Лидия.

— Табличка держится лучше некоторых элементов северного крыла.

— Не говори это при журналистах.

— Тогда скажу, что конструкция прошла авторский надзор.

Он протянул ей кофе.

— Без сахара.

— Спасибо.

— Тамара Игнатьевна ищет вас с семи сорока пяти.

— Где она?

— В гостинице. Проверяет, кто согласовал перенос двух кресел в холле.

— Их перенесли?

— На сорок сантиметров.

— Зачем?

— Администратор решил, что так уютнее.

Лидия направилась к гостиничному крылу.

— Антон, — сказала она, не оборачиваясь, — верните кресла.

— Я знал.

Южное крыло открывалось через отдельную галерею. Здесь старых интерьеров сохранилось меньше, поэтому архитекторы позволили себе больше нового. Стены номеров оставались спокойными, светлыми. В коридорах использовали тёмное дерево и латунные детали, повторявшие рисунок старых поручней. Из окон верхнего этажа была видна река.

Тамара Игнатьевна стояла в холле с рулеткой.

— Сорок три сантиметра, — сообщила она.

— Антон уже возвращает.

— Администратор возражает.

Молодая женщина в форме гостиницы действительно стояла рядом и выглядела так, будто не понимала, почему два кресла стали вопросом уровня главного архитектора.

— Они перекрывают расчётный проход, — объяснила Лидия. — Когда здесь будет багаж и одновременно подойдут несколько гостей, люди начнут обходить через зону стойки.

— Но у стены выглядит пусто, — сказала администратор.

— Поставьте туда высокий столик или светильник. Не кресло.

— Я поняла.

Она ушла.

Тамара Игнатьевна свернула рулетку.

— Всё равно передвинут после открытия.

— Тогда вернём.

— Хорошо, что не снимаем постоянный офис прямо здесь.

Студия «Воронова. Архитектура и реставрация» всё ещё работала в мастерской на Бауманской.

Теперь там стояли не три, а пять столов. Чтобы разместить пятый, пришлось переставить старый шкаф и перевезти часть отцовского архива в отдельное сухое помещение. Антон получил помощницу. Молодой архитектор Илья отвечал за рабочие планы и дважды в неделю ездил в «Рубеж». На постоянном договоре работала реставратор Ксения Погодина, хотя большую часть времени проводила на объектах.

Тамара Игнатьевна оставалась координатором.

Официально её должность называлась директором проектов, но она утверждала, что название ничего не меняет и неподписанный протокол по-прежнему остаётся неподписанным протоколом.

У студии появилось ещё три заказа.

Небольшая городская усадьба, которую планировали приспособить под частную школу.

Бывшая водонапорная башня в области.

И старое здание санатория, где заказчик хотел начать с полного сноса внутренних перегородок, а после первого обследования согласился обсудить менее разрушительный вариант.

Лидия отказалась от двух других предложений.

Одно требовало начать проектирование до получения обмеров.

Второе предлагало хорошую оплату, но заказчик на первой же встрече заявил, что формальности можно «догнать потом».