Книга Бывший муж – мое проклятье, страница 66 – Леди Дарк

— Поцеловать меня хочешь? — саркастически поинтересовался Карстен, обнажив ряд ровных зубов. А я так и захотела ущипнуть его за что-нибудь такое, чтобы он замолчал и не стал задавать глупых, очевидных, вопросов.

— Да. — Резко и коротко отвечаю я, приподнимаясь. — Нельзя?

— Коне… — Но я не дала ему договорить.

Стремительно сократив расстояние между нашими лицами, я заткнула его рот уверенным, чуточку наглым, поцелуем. По телу пронесся электрический разряд, а вместе с ним и приятная волна удовлетворенности. Карстен тут же притянул меня к себе, мертвой хваткой вцепился пальцами в бока, и, поспешно приподнимаясь из полулежащего положения, уперся в мягкие подушки сзади, откинув несильно голову назад. Не позволяя ни на минуту прервать наш чувственный поцелуй, я обхватила ладонями его щеки, пытаясь унять дрожь в пальцах. Одежда мешается, и кажется ненужной, но мы понимаем: сейчас не время ее с друг друга срывать с треском. Губы горят, сердца гулко бьются в унисон напротив друг друга, выстукивая общую песню о поцелуях в ночи под тихие звуки дождя. Когда дыхания начинает не хватать, а тягостная боль в груди начинает вызывать сильный дискомфорт, мы начинаем останавливаться, приходить в реальность. Тяжело дыша, смотрим друг на друга с сумасшедшими глазами и мокрыми губами, чувствуя, как из груди вырывается сердце.

Прижавшись всем телом к нему, как к огромной подушке, положила голову на плечо, все еще ощущая вкус его губ у себя на губах, и прошептала:

— Мне так с тобой хорошо. У меня ощущение, что ты моя родственная душа. — Хрипло рассмеялась, чувствуя горячий трепет в животе.

— Забыла, что сказала тебе миссис Гриффин? Родственных душ не бывает, есть просто те с кем хорошо и с кем плохо. — Процитировал он слова моей мамы, когда я гордо заявила, что считаю Карстена своей родственной душой, а мама, находясь в большом удивлении и шоке, что я выхожу замуж за человека с которым знакома всего лишь год, выпалила такую поэтическую фразу, с которой я была готова поспорить.

— Значит мне с тобою всегда хорошо.

Чувство приятной умиротворенности поселилось внутри, словно после обвязывающего выполненного долга, и я, прикрыв веки, сосредоточилась на воцарившей гармонии. На душе расцветала любовь: легкая, необычная, пропитанная нежностью и уютом. Рядом с Карстеном я всегда ощущала себя не так, как без него. С ним мой мир наполнялся искренней, светлой любовью.

— Я тебя люблю. — Услышала любимый голос, когда уже намеревалась окунуться в славный мир грез, затаившись в его ласковых объятиях.

— Я тебя тоже…

«Больше всех на свете» — хотела дополнить я, но промолчала, посчитав, что это будет выглядеть слишком по-детски.

Мелодичное пение пробудившихся птиц ласкал слух, заставляя проникнуться искренней душевностью к жаркой погоде и душному воздуху. Яркое солнце высоко стояло в небе и неприятно щипало за кожу, пока я миновала путь по проложенной дорожке из камней на заднем двору.

Шагала, и мысленно про себя молилась о том, чтобы, боже упаси, меня в моменте не огрел хороший солнечный удар. Потому что думать горячей головой уже не могла — все как в тумане в засушливой пустыне.

— …ну и вот. Ты меня слушаешь вообще? — недовольно ворчит из трубки подруга, и я, дергая плечом, поправляю прижатый к уху телефон, еле удерживая в руках тяжелый графин с ледяной водой и кружку.