Книга Бывший муж – мое проклятье, страница 190 – Леди Дарк

Однако я тут же отстранилась от него после его слов, сморгнув все мелкие слезинки с ресниц.

Его глаза напугали меня — точнее жесткая уверенность в них.

— А как же работа? Бизнес?.. Куда ты без этого? — усмехнулась я.

— Да плевать я хотел на все это, — ответил он с искренностью, которая заставила меня замереть.

— А как же…

— Я просто хочу быть с тобой.

Эти слова пронзили мое разбитое сердце. Оно замерло на мгновение, а потом громко застучало в ушах.

Он любит меня?

Я задавалась этим вопросом несколько лет...

Я отступила назад, потупив глаза в пол, не зная, что сказать... Я ведь сама решительно поставила все точки на «i». Первая сказала о том, что нам не нужно ничего вспоминать, потому что в этом нет необходимости. Первая стала отталкивать, врать… Может, я сама не даю шанса «нам», на который он так мне намекает? А может и никакого второго шанса нет? Может и не нужен он больша нам?

Мой взгляд упал на его грудь, где сквозь белую рубашку проступало большое темное пятно — татуировка...

— Кому они посвящены? — спросила я со странной дрожью в голосе, ткнув пальцем в его грудь. Внутри меня билась отчаянная надежда, что сейчас он скажет что-то, что окончательно сломит меня, заставит ненавидеть себя, но вместе с тем — и отпустит.

Карстен лишь усмехнулся в ответ, и эта легкая улыбка, породившая знакомую ямочку на его щеке, как ни парадоксально, добавила мне тревоги.

— Тебе, — коротко ответил он.

— Мне?

Я удивилась.

— Птица — это ты, — пояснил Карстен. — Перо — это я. Ты была частью меня, но однажды… улетела.

Внутри меня вместе с его признанием что-то резко оборвалось.

— En el azul de tus ojos, encuentro mi cielo.

Я нахмурилась, не понимая значения его иностранных слов на непонятном языке. В груди что-то затрепетало. Что-то чуждое и знакомое одновременно.

— Что?.. — мой вопрос прозвучал потеряно.

— «В синеве твоих глаз я нахожу свое небо», — перевел он, и каждое слово звучало как чертово проклятие. — Это мое второе тату, посвященное тебе, Элизабет, — добавил он, и я почувствовала, как меня подбрасывает в воздух, а потом безжалостно бросает на землю.

Нокаут. Именно так.

— Ты навсегда останешься в моем сердце как нечто незавершенное, недосказанное, несбывшееся… — Карстен невесело усмехнулся, заправляя мне за ухо волнистую прядь волос. — Будь счастлива, Элизабет. Ты очень талантливая. Моя девочка…

Я сдалась, и непрошеные слезы тут же брызнули глаз.

— Почему ты меня так легко отпустил? — мой единственный, оставшийся вопрос к нему, который мучил меня ГОДАМИ, вырвался сам собой.

Почему он так легко смирился с этим, когда для меня это было что-то невозможное?

— Не помню, кто это сказал, но… — он сделал паузу, и его голос наполнился такой глубокой, скрытой за подбадривающей ухмылкой печалью, что это резануло меня по сердцу. Я едва заметно поморщилась. — …если любишь кого-то, то будь готов отпускать их.

— Пауло Коэльо… — прошептала я, узнавая слова известного писателя по первым буквам…

Карстен аккуратно прижал большой палец к моей скуле, поймав упавшую с ресниц слезинку.

Я обхватила его широкое запястье руками, слишком нагло заглянула ему в глаза, понимая, что часть моего сердца навсегда останется принадлежать ему. Только ему.

— Карстен, — невнятно пробормотала я, глядя на него стеклянными глазами с комом в горле. Мне казалось, что я произношу его имя так громко, что его слышно на всех континентах. — Сделай что-нибудь, что заставит меня изменить решение, — с вызовом заявила я, хотя в глубине души быда готова бросить все и убежать с ним, только после его лишь одного поцелуя.