Книга Без обязательств, страница 87 – Лина Коваль

— Да? А Ваня прорабов терпеть не может…

Я смеюсь.

— Есть такое. Работать никто не хочет, но мне в этом случае повезло. Образовалась неплохая команда из ближайшего поселка, было даже весело. Кстати, я всегда считал, что предпочитаю скандинавский стиль…

— Ну нет. — Соня пронзительно чисто смеется и снова смотрит на дом в европейском стиле. С просторными верандами и большими окнами. — Высокие потолки, понятная и простая мебель, минимализм… Слишком холодно для тебя. Всегда знала, что ты приверженец классицизма.

— На комплимент не похоже.

Вздыхает.

— Сейчас я тоже больше склоняюсь к классике. Было время, когда мне хотелось стать неформалкой.

— Бабушка Жанна вряд ли бы одобрила.

— Ты знал, что она в юности была влюблена в твоего деда? — расслабленно спрашивает.

— В первый раз слышу. Если речь об отце отца, то я ведь никогда его не видел. Он скончался до моего рождения. И что же там была за история? Расскажешь?

— Ничего особенного там не было… У них были скрытые юные чувства, а потом… мой дедушка позвал Жанну замуж, и она согласилась.

— Ох уж эти женщины… — ухмыляюсь, смягчая свой грубоватый пассаж поглаживаниями. — Любить одного, а замуж выскочить за другого?

— Это ведь жизнь… — Соня смотрит на меня воинственно. Будто защищая свою Жанну. — Она бывает сложной, как и решения, которые мы принимаем.

— Ну конечно!

— Мужчинам просто рассуждать, Костя. Мы как будто все время не замечаем половую разницу между нами…

— И в чем же эта разница? Кроме очевидного? — прижимаю ее к себе так, что ребра вот-вот захрустят.

Это что-то животное. Не хочу отпускать.

— В том, что мы от вас зависим!

— Вот как?

— А если есть чувства, еще и нуждаемся в вас. — тихо договаривает.

— У мужчин тоже могут быть чувства…

— А? Да? — с сучьим выражением переспрашивает.

— Иди-ка сюда, провокаторша! — разворачиваю ее к себе и протяжным поцелуем впиваюсь в полные губы. С трудом от них отрываюсь, как дебил, и обнимаю тонкие пальцы. Сегодня без кольца. Чувствую огонь внутри. — Нет ничего удивительного, что деду приглянулась Жанна. Вы с ней во многом похожи, — снова смотрю на течение, чтобы остынуть.

Соня заигрывает. Делает это осторожно. Будто не умеет.

— Похожи тем, что мы обе высокие и стройные блондинки?

— Не только. — хмуро на нее смотрю.

— А что же еще?

— Обе удачно вышли замуж… — выговариваю раньше, чем думаю о сказанном.

Срабатывает сразу все. И слухи о сложном, порой невыносимом нраве ее деда Шацкого, но главное — конечно, ревность к Ластеру. При одной мысли о нем и о нашей встрече в фойе университета, пальцы сжимаются в кулак.

Соня выпутывается из моих рук и отстраняется. Не только физически. Морально тоже.

— Прости, давай зайдем. Я хочу принять душ. — немного потухше сообщает.

— Без проблем.

Я веду ее в дом и показываю, как тут пока все устроено. Неидеально, но это только пока.

Попутно ругаю себя за сказанную грубость.

Это как-то по наитию происходит.

Ревность перекрывает воздух.

Как только слышу шум воды, перемещаю сумки из машины в единственную в доме спальню, часть пакетов, включая цветы, выгружаю в кухне-гостиной, оставляя в холодильнике продукты.

Затем долго стою напротив двери, которая ведет в ванную комнату.

Энцо смотрит осуждающе.

— Ты скоро? Я соскучился… — спрашиваю, постукивая костяшками пальцев.