Книга Брат мужа. Порочные игры, страница 47 – Арина Арская

— Возможно, ты этого хочешь…

Резко поддается в мою сторону и рычит в лицо:

— Это у твоего Паши стояк на измены жены.

— Тебе бы тоже кляп не помешал, — у меня пальцы дрожат от горькой обиды. — Со стальным замком, а ключ выбросить.

— Я не желаю больше слушать тебя, Поли. Ты утомляешь, — проговаривает каждое слово тихо и холодно. — Моя жена должна молчать, когда я не настроен на беседы.

Приподнимаю бровь. Что еще у нас в списке “идеальной жены”? Ах да, что-то там про покорность.

— Я тут решаю, какой ты должна быть, — приближает свое лицо к моему и наши носы почти соприкасаются. — Ты меня поняла? И сейчас ты должна закрыть свой прелестный ротик.

Окидываю его разочарованным взглядом и отворачиваюсь к окну. Лишь бы не заплакать и не показать ему, что его слова сделали мне больно. Смотрю на крыши аккуратных домиков из оранжевого кирпича и провожаю взглядом пустой пакет, подгоняемый ветром. Вот бы мне быть этим пакетиком.

— Отвези ее к родителям, — открывает дверцу и выскакивает на улицу, — вот там с ней с удовольствием поговорят, — хмыкает и добавляет, — о разводе.

Глава 32. А ведь была приличная семья

— Полина, — говорит Олег, когда я открываю дверцу и уже одной ногой на улице.

Закрываю дверцу.

— Да?

— Я удивлен вашей выдержкой, — серьезно смотрит в зеркало заднего вида. — И я не думаю, что Владу нужна молчаливая жена.

— Очень не завидую той, которая станет его реальной женой, — вздыхаю и покидаю машину.

Через десять минут я сижу за круглым столом на кухне и грею руки о кружку с горячим чаем.

— Ты так хорошо выглядишь, — воркует мама и придвигает ко мне тарелку с домашним печеньем. Касается шее. — Бусики Паша подарил?

— Нет.

— Сама себя порадовала? — одобрительно улыбается мама.

— Ма, — делаю глоток, — мы с Пашей развелись.

Папа, который режет хлеб на бутерброды, роняет нож и разворачивается в нашу сторону.

— Что, милая? — недоуменно и тихо спрашивает мама.

— Развелись.

Выкладываю на стол свидетельство о расторжении брака. Папа хватает его, разворачивает и пробегает по нему взглядом. Его брови ползут на лоб.

— Ты ведь на днях звонила, — он переводит на меня сердитый взгляд. — Поли, почему ты скрывала? Ты, что, молчала целый месяц?

Да уж. Позавчера у нас с Пашей было все хорошо, и я не заикалась маме и папе о каких-либо проблемах, а сегодня пришла со свидетельством о расторжении брака.

— Ты мужчину нового нашла? — шепчет мама, внимательно меня оглядывая. — Вот откуда эти серьги и ожерелье?

— Наша дочь не такая! — рявкает папа и швыряет свидетельство на стол.

Я издаю короткий и нервный смешок и замолкаю под взглядами папы и мамы.

— Поли… — шепчет мама, — кто он?

— Брат Паши, — откидываюсь на спинку стула.

Смысл скрывать, что у Павла есть брат? И да, развод наш случился с его помощью, за что ему спасибо. Я бы не выдержала даже месяца в ожидании.

— Какой брат? — папа в изумлении моргает.

— Родной, — я слабо улыбаюсь. — Владом зовут.

— Но у него не было никакого брата, — мама в растерянности хлопает ресницами. — Он единственный сын…

— А он был и есть, — беру двумя пальцами печенье, — о нем не говорили, потому что считали мертвым, а он живой.

Папа нервно и суетливо вытирает руки о футболку и хватает телефон с подоконника. Хмурится, касается экрана и кладет смартфон на стол. Через несколько громких гудков отвечает блеклый голос Павла.