Книга Брат мужа. Порочные игры, страница 32 – Арина Арская

— Ты Паше хоть однажды минет делала? — хрипло и удивленно спрашивает Влад.

— Да, — я сгребаю в ладошку яички и поднимаю взгляд, — но я не думаю, что он тебя удовлетворит.

— Тогда почему ты тянешь время? Начинай, — Влад стряхивает пепел в бронзовую пепельницу.

— Но…

— Что? — вскидывает бровь.

Я смотрю на свою ладонь, которая держит Влада за яички, и моргаю. Она такая маленькая.

— У тебя реально большой член, — поднимаю взгляд.

— Хорошо, — он хмыкает и выдыхает дым в потолок. — Дам тебе время познакомиться с ним. Это тоже возбуждает.

Замолкает, и возвращаюсь к гениталиям, которые не стыдно назвать достоинством. Может, я однажды и радовала мужа оральными ласками, но они были быстрыми, стыдливыми и неловкими.

Поглаживаю бархатную мошонку, поднимаюсь выше и обхватываю пальцами основание. Твердый, как камень, и крайняя плоть собралась под головкой в тонкие складки. Я не знаю, с чем сравнить мое состояние. Я удивлена и восхищена до испуга. Кончиком языка касаюсь нежной уздечки, и Влад вздрагивает.

Смачиваю слюной ствол, веду по нему кулаком и под выдох Влада смыкаю губы на упругой головке. Рот скользит к ладони и вновь поднимается. Напрягаю язык у уздечки, расслабляю когда ухожу вниз. Влад касается моей щеки. Отпрянув, поджимаю губы и краснею под его цепким взглядом.

— Так не пойдет, — тушит сигару и встает, увлекая меня за собой, а через секунду сметает с журнального столика вазу с фруктами.

Я вскрикиваю. Подхватывает на руки:

— Тише.

— Что ты делаешь?

Молча укладывает на стол спиной, подтягивает к краю так, чтобы свисала голова, и тут я понимаю, к чему идет дело.

— Нет…

— Ротик открой, — проводит головкой по губам. — И вдох.

— Вла…

Обхватив голову руками, решительно проскальзывает в рот. Я мычу, а он толчком протискивается за корень языка.

— Расслабься, — глухо порыкивает и дергает тазом, проникая в глотку уверенным толчком.

Горло схватывает спазм. Чувствую, как нежные хрящи под натиском Влада похрустывают и расходятся. Больно, страшно и доступ к кислороду перекрыт. Я пытаюсь оттолкнуть изверга, а он резко ведет тазом, нырнув глубже. Нос утыкается в яички, в глазах темнеет. Несколько грубых фрикций, которые тянут и распирают, и Влад выскальзывает.

Помогает приподняться, дает откашляться и обозвать его больным уродом, и вновь ультимативно укладывает на стол. Крепко стискиваю зубы, а Влад зажимает мне нос.

— Начинаешь съезжать с восьмерки, Поли, на тройку.

Делаю возмущенный глоток воздуха ртом, и Влад врывается в него напористым толчком. Одной рукой придерживает голову за затылок, а другую прижимает к моей промежности. Под рывки зло растирает пальцами клитор, игнорируя слабую борьбу, и под очередной толчок, я выгибаюсь в спине от сильной и предательской судороги болезненного оргазма, что проходит разрядом по телу и подкатывает к шее.

Влад рычит, и я чувствую спазмы на языке и в глотке. Сознание идет пятнами и меркнет, а затем проясняется, когда Влад резко отстраняется.

Захлебываясь, переворачиваюсь на бок и сплевываю вязку и вспененную слюну на ковер. Ее так много, и она напоминает слизь, от которой так просто не избавиться. Фыркаю, хриплю и хватаю ртом воздух, отчего глотку тенет болью.

— Десять из десяти, — Влад со смешком оседает на пол и валится на спину, запрокинув руки за голову. — Заслуженная десяточка, Поли.