Книга Плененная поневоле, страница 99 – Алекса Аверина

— Шамиль, не за столом. — отвечает Дамир Анварович.

— Почему? Его теперь нигде не застать, все время проводит с этой, с доченькой Фадеева.

— ШАМИЛЬ! — вздрогнула от крика отца. Но несомненно, очень приятно, что он затыкает рот этому дяде.

— Что Шамиль? Все просто, пусть объяснит, что в этом такого?

— Все в порядке, завтра будем подписывать брачный договор. Он разозлился, потому что не смог им вчера время уделить.

— Ну раз так, значит девочке больше не место в этом доме. Или ты решил устроить гарем? — от всех этих разговоров, гадко становится на душе. Не пойму, не приму. И если он все же собрался жениться, пусть и из-за рабочих соображений, то неужели он и правда приведет ее в этот дом? В нашу спальню?

— Юля остается в этом доме. — все не состыковывается у меня в голове, да и у всех, думаю тоже.

— Ренат, Шамиль прав, ей тут нечего делать, и за столом тоже. — говорит их отец, и при этом взглянул на меня снова с ненавистью. Кусок уже в горло не лезет, весь аппетит пропал резко. — Ее роли в этом доме, я не понимаю, к отцу тоже не вернется. И ты, Ренат, знаешь, чем все должно закончиться, так зачем за стол ее посадил? Будто член семьи.

— Так и есть, ее фамилия — Сагадиева, такой и останется. — слышу смех их дяди.

— А Диане, ты тоже самое скажешь? — снова чувствую себя лишней, снова хочется убежать и спрятаться.

— Мне кажется, что у Риты слишком много забот навалилось из-за ухода сиделки, может девчонка просто будет работать в доме? — предложил Валид. — Ну на первое время?

— Ну что Вы, я со всем справляюсь, не переживайте. — отвечает Рита.

— Да, я сам хотел это сообщить. Юля, с этого дня, займется матерью. — ушам своим не верю, сердце биться начало сильнее. Он разрешил… Он хочет доверить мне самое важное, свою маму… Шок, радость, а затем, резко поникла, ведь его отец никогда не допустит этого. Я же просила разрешения видеться с ней, чтобы их папа об этом не знал. Он зол, очень зол.

— Что ты сейчас сказал? — медленно встает из-за стола Дамир Анварович, слишком разъяренный от услышанного. — Я ее и близко к жене не подпущу.

— Это не только твоя жена, но и моя мать. Я так хочу и я так решил. Ритуль, все покажешь и всему научишь. — я сейчас, наверное, забыла как дышать. Если это случится, я так буду рада!

— Максимум, что она будет делать в этом доме, это драить унитазы. Ритуль, покажи ей, после завтрака, где тряпки. Будет в этом доме уборщицей, не более! И то, не на долго.

— Согласен. — слышу голос дяди Шамиля.

— Ну вообще-то, это и моя мать, и… — начинает Валид, но его перебивает Дамир Анварович.

— Именно, и поэтому, этой смертнице, запрещено даже глядеть в сторону Кати, Ренат.

— Я хотел сказать, что я вовсе не против, пусть она с матерью сидит. — продолжает поддерживать эту идею Валид.

И тут начинается ругань между мужчинами: разочарование их отца Валидом, негодование их дяди, поддержка нас Валидом. Напряглась вся, но чувствую дыхание у уха. Ренат наклонился ко мне и говорит тихо, вызывая волну трепета.

— Родная, если только ты хочешь этого. — берет меня снова за руку и к губам своим ее подносит, целует. — Но ты, вроде бы сама просила, и я подумал, что тебя это обрадует.

— Ренат, ты не представляешь, как я обрадовалась, но твой папа… — так же тихо говорю ему на ухо.