Книга Глаша 2, страница 80 – Лана Ланитова

Глаша смотрела в лицо доктору и таращилась от изумления.

— Только ханжи и неучи полагают женский оргазм менее важным, чем мужской. А есть и такие, кто умышленно считает женский оргазм прерогативой лишь распутниц. А самих женщин считают чуть ли не ведьмами. Диапазон ханжества и предрассудков, увы, очень широк. Наши женщины воспитаны в традициях постыдности естественных проявлений физиологии. Слышали ли вы о том, что во многих странах Азии и Африки всем девочкам ампутируют клиторы и сшивают наглухо половые губы?

— Как так?

— О, как мало вам известно о половых обычаях в мире. Я скажу более – наш извечный соперник, просвещенная и чопорная Англия, до сих пор практикует подобные операции. Есть даже целые научные школы, исследовательские труды и клиники, где подобные операции столь же часты, как ушивание грыжи или удаление аппендикса.

— Но зачем?

— Зачем? – доктор рассмеялся. – Я и сам бы хотел до конца это понять. Часть врачей считает, что ампутация клитора, а иногда и матки с яичниками, избавляет женщин от дурного характера и приступов истерии.

— Может, лучше женщин избавлять от никудышных мужей? Дикость какая!

— Да, вы правы, – Николай Алексеевич рассмеялся. – Хочу сразу предупредить, чтобы у вас позднее не возникло бестактных вопросов. В салоне у Мари проживает одна такая девушка. Ее зовут Софи, она прибыла вместе с хозяйкой из Парижа. Но ее родичи оскопили ее в угоду религиозным представлениям. Так вот, именно у нее, произведена самая отвратительная форма подобной операции. Которая называется инфибуляция или «Фараоново обрезание».

— Это как?

— Как? Я думаю, что скоро вы сами это увидите. На месте прекрасной вульвы у девочки совершенно гладкое место. Клиенты чаще всего ее имеют в анус. Мари никогда не дает ей афродизиаков, ибо бедняжка итак мучима жестоким желанием, которое не в силах ничем удовлетворить. Нет, она, конечно, испытывает какое-то сладострастие, но не полную разрядку. Увы… Но я должен был вас предупредить, чтобы вы не таращились потом на половые органы этой чернокожей девушки.

Глаша вздохнула.

— Ну-с, мы отвлеклись. Чисто визуально вы вполне здоровы, к счастью. Я так и запишу в вашу карточку и поставлю в известность Мари. Давайте, я ощупаю ваши груди.

Доктор обошел вокруг кресла. Волосатые руки легли Глафире на грудь.

— О, как тут все хорошо и полно, – констатировал он и нажал на соски. – Кушайте больше молочного. Груди должны быть белы и обильны.

Он с неохотой оторвал от Глашиной груди свои прохладные пальцы.

— Теперь, остановимся на анусе. Пододвиньтесь еще ближе, – доктор наклонился и посмотрел анус Глафиры в увеличительное стекло. – Хорошо-с, трещин и узелков нет, анус чистый. Это, знаете ли, очень хорошо. А теперь скажите, у вас был когда-нибудь анальный коитус?

— Да, – опустошенно ответила Глафира. – Но нечасто.

— Вам было больно?

— Да…

— Хорошо-с, но ткань у вас довольно эластична. Ладно, об этом мы поговорим с вами чуть позже. Скорее всего, завтра вам назначат клистиры. И еще – Мари не велела вам брить лобковые волосы?

— Пока нет, – рассеянно отвечала Глаша.

— Угу, я уточню ее рекомендации на дальнейшие дни. И наконец, один из самых важных вопросов. Это вопрос контрацепции.

— Что? – переспросила Глафира.

— Контрацепция – это предохранение от нежелательных беременностей. Глафира Сергеевна, абортирование в российском государстве запрещено по закону. И закон этот суров. В случае аборта женщину ждет – по букве закона – лишение всех прав состояния и тюрьма, а проводившего операцию – также лишение всех прав и ссылка в Сибирь на поселение.