Книга Право на эшафот, страница 95 – Бронислава Вонсович

Зато подшивки газет мыши не тронули. Возможно, потому, что те лежали высоко и съестным не пахли – и сейчас от газетных листков ощутимо несло краской. Или это была специальная пропитка? К примеру, от мышей. Но почему тогда ею не пропитывали книги?

Я задумчиво листала газетные страницы, приходя к выводу, что Сиятельные существовали отдельно, а обычные люди – отдельно, потому что новостей, касающихся Сиятельных, было мало, даже заметок о браках, рождениях и смертях. Скорее всего, у Сиятельных имелась своя пресса.

Но читать газетные заметки оказалось довольно интересно, особенно те, что касались городских происшествий, – этакий срез обычной жизни, в которую мне вскоре предстоит погрузиться. К сожалению, подшивок было немного, и через пару часов я вынужденно спустилась с чердака. Нашла ли я что-то интересное? Однозначно да, хотя и не то, что хотела.

— Ты вовремя, – приветствовала меня сеньора Лусеро. – Я как раз собиралась звать тебя обедать.

— Посыльный из трактира уже приходил? Я не слышала.

Не слышала, и как возвращались Теодоро с невестой. А ведь это наверняка проявлялось более шумно, чем приход посыльного. Последнего радостными воплями никто не приветствовал: сеньора Лусеро для этого слишком хорошо воспитана. Или недостаточно голодна.

— Как раз только что, – улыбнулась она, – и остыть не успело.

— А разогрев не считается работой? Иначе нам опять давиться холодным пирогом.

— Будет нормальный обед. Благословения не случилось, – со странным прищуром сказала сеньора Лусеро.

— Что?

— В храме Двуединого на пару не снизошло благословение, – повторила она.

— Да быть того не может, – изумилась, – не поверю, чтобы маги на этот случай ничего не припасли. Если Бог забывает про паству, маги должны стоять на страже интересов короны.

— Не богохульствуй. – Она дернулась ко мне с намерением стукнуть по губам, но ее рука застыла буквально в паре сантиметров от меня. – С вопросами веры шутить нельзя.

— Я думала, что маги не пускают вопрос благословения короля на самотек, – ответила, удивленная ее горячностью. – Двуединый может быть чем-то занят, а отсутствие благословения на королевской помолвке – дурной знак.

— Вот именно, дурной знак. Подделывать благословение – себе дороже, плохо заканчивается как для правителя и его страны, так и для имитаторов, – пояснила она. – Дураков нет так подставляться, даже не из Сиятельных не найдутся.

— И что теперь?

— Свадьбы не будет.

— Но она же нужна Муриции и Теофрении?

— Значит, Теофрения еще не искупила вину перед Двуединым. Возможно, если на их земле опять появятся свои Сиятельные…

Которые могут быть только потомками Сиятельных из соседних стран…

— Как-то со стороны Двуединого это не совсем благородно.

Сорвавшийся брак Теодоро меня не расстроил. Только принцессу было немного жаль. Но, возможно, для нее это к лучшему: найдет себе другого Сиятельного, брак с которым благословит Двуединый? Или не Сиятельного… Короче говоря, я была полностью за то, чтобы предоставить принцессе право выбора. Лишь бы в ассортименте не было Теодоро.

— Боги и не обязаны быть благородными. – Сеньора Лусеро осенила себя знаком Двуединого, я последовала ее примеру, уж очень пристально она на меня смотрела. – Не дано нам понять божественные замыслы. Двуединый милостив, но мы, смертные, это не всегда понимаем.