Книга Право на эшафот, страница 141 – Бронислава Вонсович

— Я правильно понял, что вы согласны?

— Отчасти. Вы даете клятву – я говорю с хранителем о возможности. Клятву не даете – ни о чем не говорю. И я не исключаю вероятности, что провести вас невозможно, а вы потом на мне отыграетесь.

— Катарина, я не столь мстителен, – оскорбленно ответил принц. – Разве я похож на сеньора, сводящего счеты с прекрасными дамами? Признаю, вы прекрасны и без Сиятельности.

Комплимент ничуть не смягчил мое сердце.

— На шантажиста вы тоже не похожи, – намекнула, – тем не менее… – И очень выразительно на него посмотрела. – Когда в дело вступают государственные интересы, обещания, не подкрепленные клятвой, становятся всего лишь пустым сотрясением воздуха.

— Хорошо, тогда клятва должна быть взаимной, – предложил Рауль. – У меня тоже нет оснований вам доверять. В конце концов, именно вы постоянно врете.

— Я не вру! – возмутилась. – Я просто недоговариваю!

Судя по кислому виду встреченной нами Эрнандес, теперь мы походили на парочку еще больше – потому что ругались. Даже Рауль потерял свою ленивую невозмутимость и выглядел чуть более взведенным, чем обычно. Впрочем, надолго мы внимание не привлекли: и Эрнандес, и остальные встреченные нами студенты и студентки словно магнитом тянулись туда, где был Диего. Так что тлела надежда, что наши шпионистые Ракель с Альваресом затеряются в толпе или решат, что не стоит следить за тем, на кого постоянно обращено столько глаз. Никто не будет заниматься ничем подозрительным, стоя под толпой софитов, а именно таким было сейчас положение у Диего.

Зайдя за Сиятельный корпус, мы оказались в полном одиночестве. Романтично утопавшая в зелени скамейка была словно создана для влюбленных пар – сидящих на ней различишь с трудом. Там мы и устроились. Сиятельный корпус был виден как на ладони.

— Итак, взаимная клятва. – Рауль взял меня за руку, но, увы, вовсе не из романтических побуждений: взаимная клятва предполагала физический контакт «кожа к коже». – Я обещаю, что никому не скажу о своих догадках, вы – что сделаете все от вас зависящее, чтобы я попал в Сиятельный корпус. Клятва действительна год.

Слово «библиотека» не прозвучало, и это меня несколько успокоило. В конце концов, пару томов можно перепрятать. По-хорошему, следовало бы сначала предупредить горгулью, но теофренийский принц без клятвы меня не отпустит. Если только в камеру с крысами. К крысам не хотелось.

— Должна предупредить: я понятия не имею, как это можно сделать и можно ли вообще.

— Если это единственное возражение, то формулировку считаем утвержденной.

Формулировка мне активно не нравилась, особенно сроки. С моей стороны он был слишком большим, со стороны Рауля – слишком маленьким.

— Почему бы вам не пообещать никогда меня не выдавать?

— Неразумное требование, – заметил он. – Если вы натворите что-то противоправное, клятва меня будет связывать, а вас нет. Нет, год – вполне разумный срок.

Смотрел он при этом влюбленными глазами, но не на меня, а на Сиятельный корпус. Я, конечно, уже решила, что между нами ничего не может быть, но этот тип мог хотя бы помечтать, а не так нагло в моем присутствии интересоваться чем-то другим.

— Хорошо, – сухо сказала, – клятва так клятва. Поверим теофренийскому принцу.

Слова прозвучали, наши ладони словно молния прошила, заставив меня прошипеть сквозь зубы от боли. Рауль не издал ни звука: то ли уже натренирован на клятвах, то ли вся боль досталась исключительно мне.