Книга Между Сциллой и Харибдой, страница 28 – Бронислава Вонсович

Вот только мне показалось, что беспокоилась она совсем не о сплетнях, а о том, чтобы не оставлять нас с братом наедине.

— Согласен, — кивнул Рауль.

— И упор сделать на боевые заклинания, — внесла предложение Ракель, которую идея Марселы и согласие Рауля необычайно воодушевили.

— Это ещё зачем? — удивился Альварес.

— А вы думаете, ваши демоны так легко смирятся с тем, что их изгоняют? Это соседним государствам вы можете запудрить мозги своими молебнами, а демоны точно поймут, в чём опасность, и постараются её устранить, — поддержала я подругу. — И если не доберутся до вас, доберутся до нас.

— В этом есть некое рациональное зерно, — согласился Рауль. — Действительно, в ближайшее время сделаем упор на защитные и атакующие заклинания.

— А атакующие зачем? — удивился Альварес. — Сеньоритам нужна в первую очередь защита, остальное — излишне.

— Иногда лучшая защита — это нападение, — возразила я.

— Всё-таки для герцогини вы и ведёте себя, и выражаетесь весьма странно, — неожиданно отметила Марсела.

Похоже, я ей нравилась куда больше, когда была Катариной Кинтеро, личной ученицей брата и противницей Эрнандес. А вот с именем герцогини Эрилейской у неё были связаны не слишком хорошие воспоминания, и все они сейчас проецировались на меня.

— Я видел её без маскировочного зелья, — вместо меня ответил Рауль, — поэтому с уверенностью могу подтвердить: перед нами пропавшая в Муриции Сиятельная.

Если кто-то надеялся, что часть проблем после создания коалиции отойдёт на задний план, то он просчитался. Проблем стало только больше. Пока мы вербовали сторонников, горгульи переиграли если не всё, то часть ими же выдвинутых условий. А ведь мы даже не успели сказать, что на одного фамильяра, точнее, на одну, Альбу, претендую я.

Первое, что мы с Раулем увидели — похоронная физиономия Бернара.

— Увы, у меня для вас плохие известия, — сказал он. — И я даже не знаю, какое из них хуже. Во-первых, мы не можем пойти к вам в фамильяры, потому что сначала вы должны закрыть прокол между мирами, ради чего всё и затевается, не так ли?

Рауль выслушивал, сжав зубы так, что я забеспокоилась, останется ли там что-нибудь от зубов. Всё-таки беззубый принц — это не предмет девичьих грёз, а скорее что-то из области ужастиков.

— Видите ли, уважаемый Бернар, — разомкнул он зубы в самом конце пламенной речи горгула, и я с удовлетворением убедилась, что те все целые. — Мы с вами договаривались, что как только найдутся хозяева для пятерых фамильяров, вы разрешите мне проход в библиотеку.

— Так я не отказываюсь от своих слов, — гордо ответил горгул. — Только доступ в библиотеку немного сдвигается по времени.

— Проблема в том, что мне нужен доступ в библиотеку сейчас. Я должен быть уверен в том, что делаю. Мы выполнили ваше условие, выполните и вы наше.

— Поймите меня правильно, — начал юлить Бернар, — нас с каждым годом остаётся всё меньше и меньше. Мы не собирались вас обманывать, но я разбудил одного из наших и только тогда догадался посмотреть не только его, но и себя. Единственная, кто у нас тесно связан с этим миром, — это Альба. Все остальные сейчас очень слабы, им потребуются годы и годы, чтобы восстановиться и получить крепкую привязку к хозяину. А значит, у них очень высокая вероятность погибнуть вместе с вами при закрытии межмировой щели. И это я ещё молчу, что если нас заметят снаружи до того, как вы закроете пробой, то мы автоматически станем целью для любого фамильяра Сиятельных, посчитающего нас предателями, а ваша миссия станет всеобщим достоянием. А уж если вы потерпите фиаско, то нас наверняка добьют. Причём всех: и тех, кто примкнёт к вам и тех, кто сейчас спит. Я в первую очередь должен беспокоиться за своё сообщество, ради которого клятва и была дана. То, что вы подобрали будущих хозяев, — замечательно, но договор вступит в силу только после закрытия щели. И тогда же новоявленные хозяева получат доступ в библиотеку Сиятельного корпуса. Это было частью нашего соглашения, которое нельзя изменить. Фактически, мы попали в ловушку обоюдной клятвы.