Книга Между Сциллой и Харибдой, страница 17 – Бронислава Вонсович

— До вашего прихода, сеньор Альварес, мирно спал, — намекнула я.

— В такое время? — поразился Альварес. — Дружище, чем ты всю ночь занимался? Точнее, кем?

— Сеньорита Эрнандес уверена, что мной, — усмехнулась я. — Ей вчера привиделось, что мы целовались, а сегодня она обнаружила принца невыспавшимся.

Всё равно этого было не скрыть: Эрнандес запустила слишком громкую сплетню, и если Альварес ещё её не слышал, то в ближайшие часы услышит. Он хмуро посмотрела на принца, который усиленно зевал и тёр лицо, никак не желая просыпаться, потом на меня, но я выглядела слишком свежей для проведшей всю ночь в плотских утехах.

— До сеньора Эрнандеса следует донести, что он непозволительно пренебрегает воспитанием дочери, — процедил Рауль. — Мало того что сеньорита распускает сплетни, так они еще и не имеют под собой никакого основания.

Мне показалось, что в последней фразе прозвучало не разочарование, нет, лишь намёк на него. Но судя по тому что приятель принца остался совершенно спокоен, мне именно что показалось.

— А я предупреждал, — напомнил Альварес. — Что личное ученичество породит кучу слухов. Скажи спасибо, что я на занятиях присутствую, сохраняю репутацию Катарины.

— С Эрнандес станется поставить это в минус, а не в плюс, — хмыкнула я. — Я не про сохранение репутации, а про ваше присутствие на занятиях, сеньор Альварес. У Эрнандес настолько испорченное воображение, что она скорее посчитает, что мы с вами тут предаёмся групповому разврату.

— Катарина, в вашем возрасте сеньориты и слов-то таких знать не должны, — осуждающе сказал Альварес.

— Просвещают помимо моего желания.

— Кто именно? Я с ним разберусь.

— Есть тут такие, предлагающие повысить уровень магии.

Альварес сдулся и быстренько сменил тему:

— Строго говоря, мы можем пресечь все слухи, если я скажу, что просил Рауля взять Катарину в ученицы, потому что больше никому не доверяю свою невесту.

— Вариант с невестой мне не нравится, — отрезала я. — Пусть лучше Эрнандес и дальше мелет языком.

— Я поговорю с её отцом, — бросил Рауль, широко зевнул и сожалеюще посмотрел на диванчик. Возможность ещё поспать его явно сейчас привлекала больше разборок с семейством Эрнандес.

— Катарина, это же ваша репутация, — укорил Альварес. — Я забочусь о вас. В конце концов, мы всегда можем договориться о фиктивной помолвке.

— Знаем мы ваши фиктивные помолвки, — проворчала я. — Нет уж. Наверняка окажется, что она на меня накладывает определённые обязательства.

— Не без этого, — с довольной улыбкой согласился Альварес. — Любой договор должен быть взаимовыгодным. Но от вас, Катарина потребуется всего лишь единожды со мной съездить. Зато у вас разом отпадёт часть проблем.

Он уставился с таким видом, словно предлагал нечто весьма соблазнительное. Такое, от чего отказаться не будет сил. Но я лишь насмешливо улыбнулась. Альварес не дотягивал не то что до Теодоро, он даже к Раулю близко не стоял. А я как-никак герцогиня, а значит, не должна идти на сомнительные договоры.

— Хосе Игнасио, решай свои проблемы без участия моей ученицы. — Рауль опять зевнул и направился к шкафчику с чайными принадлежностями, достал пакетики с травками, заварник, чашку, повернулся к нам. — Катарина, составите компанию?

Я кивнула, потому что понимала, что Раулю требуется окончательно проснуться, прежде чем у нас начнётся занятия. И пусть оно, скорее всего, ограничится разговорами, но принцу всё равно нужно взбодриться, прежде чем обсуждать со мной. Поди, проспорил с горгульями всю ночь.