Книга Под тенью белой лисы, страница 133 – Бронислава Вонсович

— Сходим вместе, – решил Тимофеев. – Заодно одежду заберете, если уж княгиня оказалась столь щедра.

В квартиру я почти бежала, подгоняемая мыслями об обиде домового. Он и вправду посмотрел неласково, когда я заперлась в спальне и его позвала. Пришлось его убеждать, что у меня и в мыслях не было его бросать, я боялась за документы, но переезжать не планировала. А как только выяснилось, что придется переезжать, сразу за ним вернулась. Мефодий Всеславович хмуро сообщил, что Полина так и не приходила.

— Зато теперь у нас будет свой дом, – заискивающе сказала я.

— Это дело хорошее, – немного оттаял он. – Эх, а я уже к этому месту привык. Прижился.

— А мне оно сразу показалось временным.

Я забрасывала вещи в чемодан, решив все же от них не отказываться: не бегать же мне теперь, заказывая новый гардероб, тем более что Фаина Алексеевна много задолжала семье Седых, не обеднеет, если часть отдаст. Уложила я почти все, не иначе как использовав четвертое измерение, но чемодан оказался неподъемным, так что я только обрадовалась, когда Тимофеев его у меня отобрал. Шкатулку с домовым я крепко прижимала к груди. Больше я таких промахов не допущу. Но у домового должен быть свой дом, и скоро он будет.

— Владимир Викентьевич, а как скоро решится вопрос с жильем?

— Дом я быстро не найду. К сожалению, Царсколевск я не так хорошо знаю, – запечалился он. – Значит, надо снять номер в гостинице. Хотя бы на первое время.

— Владимир Викентьевич, вы меня обижаете, – неожиданно возмутился Филипп Георгиевич, – разумеется, вы будете моими гостями, как же иначе? И с выбором дома я помогу. Как-никак я лицо заинтересованное, мне же там тоже работать. Знаете, у меня даже есть один подходящий на примете, купеческий особняк. Владелец разорился, как раз продает. И недалеко…

Он посмотрел весьма задумчиво на Владимира Викентьевича, тот ответил столь же выразительным взглядом.

— А не посмотреть ли нам это здание, Филипп Георгиевич? – вкрадчиво предложил Звягинцев.

— А почему бы и нет, Владимир Викентьевич? – сразу же согласился Тимофеев. – Здание-то хорошее, могут некстати увести. Отнесем чемодан в лабораторию да и пойдем смотреть. Елизавета Дмитриевна, на вас лаборатория.

— Но разве я не должна участвовать в выборе дома? – удивилась я.

— Елизавета Дмитриевна, во-первых, вы все равно не знаете требований к лечебницам, – сурово ответил Тимофеев. – Во-вторых, если мы будем отвлекаться на вашу охрану, можем не заметить что-то важное. Дело это слишком серьезное. И в-третьих, в лаборатории непременно должен быть хоть кто-то, кто мог бы ответить, что заведующий отправился по срочным научным делам.

— Но я глава клана! – попыталась я воззвать к их совести.

На меня оба посмотрели столь снисходительно, что я сразу же начала сомневаться, кто здесь глава.

— А это значит что? – тем не менее спросил Тимофеев.

— Что?

— Что вы не должны все делать сами. А должны делегировать те или иные полномочия знающим людям. Не беспокойтесь, Елизавета Дмитриевна, плохой дом не выберем. С нашим-то с Владимиром Викентьевичем опытом. Или вы нас сейчас пытаетесь обидеть?

— Я вовсе не хочу вас обидеть, но речь идет о выборе моего будущего дома.

И дома для моего домового.

— Главным образом речь идет о выборе помещения для клановой лечебницы, – заметил Владимир Викентьевич. – И здесь Филипп Георгиевич, вне всякого сомнения, прав: вы ничем не можете помочь в выборе, поскольку не знаете, что должно быть определяющим. Пока не знаете. Не волнуйтесь, к обеду мы непременно вернемся.