Книга Цветок мака, страница 115 – Бронислава Вонсович

— Его дядя хотел убить моего отца, — огорошила меня девушка, — но не смог, и сам погиб. Так что обе наши семьи совсем не в восторге от грядущего союза. Поэтому, если бы у меня был выбор, я бы влюбилась в кого другого. Только выбора мне никто и не дал. Любовь не спрашивает, хочешь — не хочешь, она приходит, и все.

Все это звучало, на мой взгляд, довольно грустно, но Эрика совсем не казалась несчастной от того, что за нее решили. Да и решили ли? Что же нас все-таки заставляет влюбляться в одних и оставаться совершенно равнодушными к другим, иной раз намного более достойным?

— А может, я все-таки не его пара? — умоляюще спросила я девушек. — Ведь Эвальд и ошибиться мог?

— А как тогда бы он тебя нашел? — возразила Эрика. — Нет, Астрид, или все же правильней — Асиль?

— Пока — Астрид, — покачала я головой.

— Так вот, Астрид, в том, что ты — его пара, не возникнет ни малейшего сомнения у тех, кто вас рядом видел.

Я попросила девушек не рассказывать о том, что они узнали, и больше мы не разговаривали. До утра было еще далеко, так что я попыталась успокоиться и уснуть. Но сон никак не хотел приходить. Тогда я перестала себя мучить и просто лежала с закрытыми глазами и думала, почему я настроена так против этой привязки. Ответ пришел совершенно внезапно — меня отталкивало то, что случившееся не оставляло мне выбора, от меня совсем ничего не зависело, и это мне не нравилось. Как только я это поняла, то и уснула почти тут же.

Утро выдалось ясным, солнечным. Эрика и Софи хитро на меня поглядывали, но секрет мой выдавать не торопились. Думаю, их искренне забавляла эта ситуация, и они представляли, как скажут одногруппникам, когда все выяснится: «Ой, удивили. Мы это давно уже знаем, просто нас просили никому не рассказывать. Да вы и сами могли догадаться, ведь охраняли-то явно инориту Монблюте.»

Всадников мы увидели, когда они были еще совсем далеко. Сначала подумали, что они просто проскачут мимо, но нет — двигались они целенаправленно в нашу сторону. Охрана явственно напряглась и подтянулась ко мне поближе.

— Все-таки туранцы, — сказал один из них, когда люди приблизились настолько, что можно было разглядеть лица и особенности одежды.

— Да, во главе с их послом, — мрачно подтвердил начальник охраны.

Посол, по-видимому, был тот важный инор в богато украшенном костюме, который ехал почти в центре всей кавалькады, во всяком случае, внимания он привлекал больше остальных. Догадка моя оказалась правильной. Инор спешился не менее важно, чем ехал, церемонно поклонился и представился. Нашел меня взглядом, поклонился еще раз и сказал, неторопливо растягивая слова:

— Инорита Монблюте, у меня письмо к вам от вашего брата. Вашего туранского брата.

Эвальд

Асиль меня почти выгнала, но несмотря на это, я был счастлив. Мне удалось ее найти, удалось сделать совершенно для меня невозможное. И я был уверен, что она тоже хотела меня видеть, иначе я еще долго бы бился в безнадежных попытках. Было очень заметно, что я для нее тоже что-то значу, и хотя она и продолжала на меня обижаться, в ее взглядах и словах все чаще проскакивало сомнение. Как же здорово было просто сидеть с ней рядом и разговаривать, и как сложно было удержаться от того, чтобы не попытаться получить что-то большее, хотя бы поцелуй, который позволил бы мне окончательно увериться в том, что она меня приняла и простила. Но теперь я боялся торопиться, мне казалось, что настойчивость в этом отношении только оттолкнет Асиль, заставит ее замкнуться, а то и убежать, если не в Туран, так в Лорию. Нет, в своей засаде я намеревался сидеть, сколько потребуется. Теперь я не позволю сиюминутным желаниям взять верх и отнять у меня надежду на счастье.