Книга Ведьмин дар, страница 58 – Дарья Гущина

— Давай, подруга, – я погладила трость, и змея шевельнулась, раздувая клобук, – ищи.

Змея резво ушуршала в темноту, а я сняла нужную сережку-гвоздик, подбросила в воздух, прошептав наговор, и бывшую парикмахерскую озарил зеленоватый шар света. Действительно, совершенно пуста, даже плакаты с моделями содрали, даже дверь в туалет выломали, даже унитаз и раковину расколотили…

Достав из кармана куртки салфетку, я растёрла ее между ладоней, выждала с минуту и, когда прилипшие бумажные катышки начали покалывать кожу, медленно обошла помещение, прощупывая руками каждый доступный сантиметр стены, каждую изгвазданную плитку пола.

— Тося! – звала шёпотом. – Выходи. Это я, Эфа. Ты должна меня помнить. Мы познакомились в приюте, в заповеднике. Тебя привела дочь Гюрзы, Ника. Помнишь? Тося! Ты так часто сбегала, что тебе разрешили остаться под подписку о неразмножении. Выходи, не бойся.

Я старалась говорить терпеливо, тихо и ласково, как с Русей. Это крошечное и безобидное существо, по сути, виновато лишь в том, что оно «мошка». Не имеет своего тела, не может его сформировать и занимает человеческое, оживляя и переделывая под себя подходящий труп, а после шустро плодится и способно доставить массу неприятностей. А в одиночном «экземпляре» совершенно безопасно. И очень трусливо.

— Тося! – снова позвала я.

На полу что-то зашуршало, запищало, и из щели меж плиток вырвался рой мелких мошек. Я отвела полу расстегнутой куртки, и рой юркнул в новое убежище, щекотно затаившись у меня под мышкой. А следом, свернув плитку, вынырнула змея. Сверкнула красно-охровыми глазами и зашипела.

— Вытаскивай, – велела я, поглаживая дрожащую «мошку».

Как и любое мелкое создание, она впадала в стресс всем своим крошечным существом, и в этом состоянии была способна только дико бояться. А стресс Тося пережила суровый. Вряд ли в ближайшее время получится поговорить. Вероятно, только у Гюрзы.

Змея выволокла из-под пола несколько обугленных кирпичей с ладонь размером. Даже не мумии, только прах… Ныряя во тьму, подруга вытаскивала кирпич за кирпичом, а я считала. Пять, семь, десять… Трое здесь – и одна всяко бывшее Тосино тело. Значит, одну ведьму взяли живой. И это очень плохо. У неё защиты палача нет.

Я осторожно сбросила с плеча рюкзак и попросила:

— Приготовь амулет, пожалуйста. Тот, с полосками. Тося, – позвала я, – соберись. Сейчас я достану домик, и тебе надо быстро в него перебраться. Соберись, говорю. Это одно движение. И ты будешь в безопасности.

Змея вытянулась стрункой, держа в зубах нужный артефакт, и «мошка», помедлив, неохотно покинула своё убежище, исчезнув в новом. Амулет мигнул, принимая «обитательницу», и я надела его на шею, ощущая лёгкую нервную вибрацию. Ничего, там полно силы, поест и успокоится.

А верная «ящерка», сдав амулет, уже складывала в рюкзак кирпичи – чётко в пропитанное пространственно-временной магией отделение, небольшой допкарман, невидимый, не оттягивающий тяжестью и «замораживающий» предметы в нужном времени. Я снова обошла помещение, ничего не обнаружила, но на всякий случай «сняла копию», сделав иллюзию. Может, Гюрза обнаружит что-нибудь специфическое, связанное с нечистью. Ей, работающей с нелюдями всю жизнь, многое виднее, чем нам.

Погасив шар, я покинула бывшую парикмахерскую в невидимости и под разговор разочарованной клиентки со «светящимся окном».