Книга Ведьмин дар, страница 135 – Дарья Гущина

Я живо сформулировала вопрос, но задать его не успела.

— Светлое не формируется, нет, Аделина. Светлое мы тратим только на себя и своих близких, оно надолго не задерживается и на сторону не уходит. А вот тёмная сила оседает и копится. Свет помогает жить, а тьма – выживать. Таков принцип начала начал. По Договору нам полагался лишь свет. А тьму наблюдатели прибрали к рукам. Перепрятали. Закабаленных ведьм на страже поставили. И нашли ей применение.

— А «богомол»? – оставив на скамейке пакет, я снова села спиной к старой вещунье.

— О, нечисть резва на побеги. Думается, наблюдатели и половины не сберегли. Силёнки не те. Сбежали наши помощники – и в спячку по заповедным местам. Сейчас никого из них не найти – мир не тот. Не для стародавних. Наблюдателям не найти, – добавила с намёком. – Но вы разыщите. Как только руки себе развяжете. А мы поможем. Негоже их бросать.

А вдруг, да.

— И всё-таки, – я решила прояснить раз и навсегда, без иносказаний и недомолвок, – нечисть – это порождение дара? Порождение тёмной стороны ведьмовской души?

— И да, – она улыбнулась, – и нет. Мы не знаем, Аделина. Так и не поняли. Они просто появились – как и всё живое. Частички матушки-природы, осколки волшебства нашего мира. Кто-то считал, что от нас – рудиментарными отростками души. Кто-то – выжившим даром ведьмы, покинувшим тело после её смерти. Кто-то – известными тебе порождениями менталистов – отвергнутыми субличностями, напитавшимися на свободе нашими силами. Кто-то – просто сгустком силы, душой стихии. Теорий много. Объяснений – тоже. А истина…

— Где-то рядом, – кивнула я.

— Истина в том, что мы помогли нечисти стать тем, кем она стала. Мы их находили, обучали, воспитывали, помогали налаживать связь с людьми и друг с другом, пользоваться источниками силы, набираться знаний – и стремиться к развитию. Кто-то поддавался обучению и вырастал помощником, а кто-то сходил с ума и сеял разрушения. Мы никогда не знали, что вырастет из огрызка сущности. Работали и наблюдали. Спросишь, почему?

— Лучше воспитать одного монстра, у которого известны все слабые места, чем сделать вид, что их не существует, и позволить где-то в глуши вырасти десяти неизвестным, – отозвалась я. – Тёмных ведьм до сих пор так и растят даже в Кругу.

— Верно, – одобрила наставница. – И мы растили нечисть и изучали. Но, к сожалению, для подпитки ведьм было слишком много, а вот для наблюдения – слишком мало. Нечисть эволюционировала по законам, которые мы не смогли отследить. Научилась формировать физическое тело, закрепляться в выбранной форме и передавать её по наследству… научилась выживать. Но не жить.

— Почему? – я повернула голову и заметила, как сжалась лежащая на спинке скамьи призрачная рука.

— Мы виноваты, – Вещая видящая вздохнула. – Мы проиграли. Ввязались в глупую перепалку за «можно – нельзя». И не заметили, как оказались в меньшинстве, когда наши сёстры по силе, мечтая сберечь знания своего рода и дары в неприкосновенности, пошли против нас. Если бы не палачи, Аделина, если бы они не вцепились в сохранение своего личного «можно»… Эта правда давно стёрлась из памяти живых – осталась лишь привычка считать их предателями. А они просто испугались. Они никогда не были боевыми, никогда не умели давать отпор равным противникам. Но по иронии судьбы их очередь расставаться с тёмным «имуществом» из первичного списка «нельзя» пришла первой. А вот рвать тех, кого обвиняли, палачи умели всегда.