Книга Хозяйка Красного кладбища, страница 192 – Дарья Гущина

Блёднар, понятно, в храм написал, но и мне пора навести мосты.

— Вечный отец, не благословите ли Красное кладбище, когда с него порчу снимут?

— Всенепременно, – улыбнулся он.

Это следует делать каждые лет пять – сначала проверять землю и подземье на порчи, потом получать благо от смотрителей Бытия, – но нам же некогда. А следовали бы правилам – глядишь, не развелось бы столько гнуси.

Черем молча подхватил обе корзины – с гостинцами и с Котом, – мы распрощались со смотрителем, и он любезно открыл «мост» на кладбище.

— Кот – для начала, а что для «потом»? – прозорливо поинтересовался Черем, ставя обе корзинки на крыльцо и без стеснения тренируя на мне первые свои ищейские следы.

— У женщин, Чер, очень скучное и предсказуемое «потом», – я разожгла праховое пламя и призвала посох. – У потомственных смотрителей – особенно. Ну и у старших детей оно так себе. Уверен, что хочешь слушать это нытьё?

Он улыбнулся и обнял меня:

— У тебя, Рдянка, скучно никогда не будет. Не приживусь в ищейцах – приду к тебе смотрителем. Примешь?

Я фыркнула и показала на наши кривые тени на стене дома:

— Вон туда посмотри. Что видишь?

— Теряюсь в догадках, – ухмыльнулся Черем.

— Это очередь из отборных помощников и смотрителей, которые рвутся работать именно на Красном, – я похлопала его по плечу. – Ты да я, да мы с тобой. И Блёднар. Конечно, приходи, о чём речь. Открыть тебе «мост»?

— Не, – в его руках свился чёрный посох. – Пока сила земли не ушла, я сам. Давай, Рдянка, не утопай в делах… чрезмерно.

— Шутник, – проворчала я, глядя, как он исчезает в чёрном тумане.

А Кот уже осваивался – выбрался на крыльцо и жадно пил воду из Дариковой миски. Я подхватила пустую корзинку, поднялась по ступенькам, открыла дверь и пригласила:

— Заходи, друг. Живи. Это теперь и твой дом тоже.

Кот – нет, Котей, по-домашнему, – тихо мявкнул и степенно прошествовал в прихожую. Попутно обнюхал изумлённого Дарика, который как раз рвался на прогулку, и величаво, задрав пушистейший хвост, направился на кухню. Я посмотрела на часы. Внезапно почти пять вечера. А кажется, только встала… Ладно, покормить нового жильца, оставить открытыми все двери – пусть сам изучает дом, – переодеться и на стену. Защита сама себя не поставит, и наговоры сами себя не произнесут.

Зато скоро снег. Выспимся.

Следующие три дня были полны хлопот. Смотрители Небытия обследовали подземелье, ничего, хвала праху, вредоносного не нашли и вручили мне документ о безопасности Красного для работников. В тот же день к нам заглянули смотрители Бытия, и пока Блёднар водил их по Красному, я написала несколько писем.

В островную Управу – мне нужны помощники и смотрители, Красное безопасно, вот вам бумага от храма Небытия, дайте людей! Дайте! И повышенную ставку довольствия! Третий раз напоминать не буду – напишу силду Иссену как нашему старшему и укажу на несправедливость. И тогда сами виноваты.

Сажену – найди, друг, пять минут и пришли мне адреса тех, кого Красное пометило во время зова. Может, они стесняются. Или боятся. И приглашу, и оттиск храмовых бумаг приложу, и пообещаю повышенное довольствие (выбью!), и очень много работы. Последнее, конечно, звучит сомнительно, но вдруг кто-то любит быть занятым по самое не могу. Есть такие люди. Я, например.