Книга Пернатый страж, или Осторожно, мой ворон кусается!, страница 87 – Лия Юмай

И я проникся. Стал смотреть на Бекки, как на бунтарку, ломающую вековые устои. Но я не желал ей зла! Не желал смерти никому из них!

А он желал…»

От следующих слов мне стало по-настоящему дурно, и, пока я читала это вслух замершим Эммету и Рэмонду, голос несколько раз подводил меня:

«Госпожа Лаиш, простите меня, если сможете! У меня был шанс спасти вас, прийти и рассказать всё, что знаю. Но я струсил! Я, даже стыдно сказать, переоделся в девушку и подкинул вам ту жалкую записку! Но понимал ведь, что вас она не остановит. А его уже не остановит ничего. Он сам рассказал мне, что убил вас! Для меня это было ударом… А он лишь глумился, ему доставляет удовольствие знать, что вы ходите, дышите, даже расследуете это дело, но уже мертвы».

Я перевела дыхание, а Рэмонд подошёл ко мне и обнял за плечи.

«Я перерыл все гримуары отца, я втайне консультировался со знающими людьми. И смог выяснить лишь то, что проклятие может затормозить белладонна. Это ничтожно мало, но я молюсь, чтобы тот следователь догадался, и вам помогли. Простите моё малодушие, госпожа Лаиш! Я боюсь умирать. А он… он ведь может убить моментально, я сам видел. А это проклятие и медленная агония лишь забавляют гада.

Я хочу спасти вас и королеву… Да, она его следующая цель. У меня плохое предчувствие, госпожа Лаиш, поэтому я тороплюсь написать вам это письмо невидимыми чернилами. Я отправлю его, перед самым поездом. Вот настолько я малодушен, что решил бежать. Потому что в тюрьму я не хочу, там и без меня достаточно Гарденсов, не находите? Ха. Но и смотреть на то, что происходит, у меня нет более никаких сил…»

Мои руки дрожали, я вертела лист в поисках продолжения, но ниже была лишь клякса из невидимых чернил и большая, торопливо написанная буква «А».

— И? Что там дальше, госпожа Лаиш, не томите же! — нетерпеливо воскликнул Велор.

— Больше ничего, только большая заглавная буква «А» посередине листа и росчерк, уходящий вверх, словно Пауль начал выводить следующую букву, но его остановили. Он явно торопился написать какое-то слово, но не успел и в последний момент спрятал лист в стопку бумаг.

— Он понял, что за ним пришли, услышал и хотел дописать имя проклинателя. «А» — Арт Дан Яр? — Рэмонд произнёс это скорее как констатацию факта, чем как вопрос.

— Вполне возможно… Хотя... не понимаю. Зачем менталисту, способному сломить волю любого, такие сложности с проклятиями? Арт действовал бы прямо, используя свой дар. — задумчиво протянула я.

— Ну, если у него за спиной стоит тень — дух или демон, который им манипулирует, то Арт мог быть просто исполнителем его воли, — поспорил со мной начальник, слегка разводя руками.

— Этого, конечно, нельзя исключать. Кто у нас ещё на «А»? — спросила я, пытаясь вспомнить все имена, фигурирующие в деле.

— Аксель Фейн? Алькон Мрак?

Мы с Велором в ужасе уставились на Рэмонда.

— Ты правда считаешь, что проклинатель может быть из полиции? Я не верю, что Аксель способен на такое. Даже если им манипулировали бы. Он… он же свой! — я вспомнила, как искренне и немного неловко обнимал меня сержант Фейн, и сердце слегка защемило.

— Мы должны рассматривать все варианты, — с безжалостной логикой пожал плечами Рэмонд. — Убийца, кажется, осведомлён о наших передвижениях. Как будто у него есть глаза и уши внутри участка.