Книга Пернатый страж, или Осторожно, мой ворон кусается!, страница 72 – Лия Юмай

Мысль о том, чтобы возвращаться на место пережитого страха, заставила меня содрогнуться, но Рэмонд был прав.

— Думаете, сцену успели починить? — почти с надеждой спросила я.

— О, я даже не сомневаюсь в этом! Все билеты распроданы, такая мелочь, как дыра в полу не остановит ушлого директора театра, господина Парра.

Я только кивнула в ответ. Карета остановилась, Рэмонд вышел первый и подал мне руку. Он сжал мои пальцы чуть сильнее обычного и не отпустил руку до самой двери. Я поёжилась от холода, пока он возился с замком, а в коридоре, хоть Крау и пропустил меня вперёд, мы неожиданно столкнулись.

— Извините, я… — попытавшись отойти, залепетала я, но Рэмонд вдруг притянул меня к себе.

Моё пальто слетело с плеч, его ладони легли на талию, а губы накрыли мои.

«Да», — тут же пронеслось в голове. — «Стоило мне подвергнуться смертельной опасности, Рэмонд тут же накинулся с поцелу…»

Дальше все мысли просто исчезли, растворяясь в какой-то безумной и болезненной нежности, с которой Крау целовал меня. А я его. Без внимания не остался ни один миллиметр моего лица.

Я чувствовала, как дрожали его руки, впиваясь в ткань моего платья, и понимала: это была не страсть. Поцелуй-отчаяние, поцелуй-оберег, заклинание и противоядие, жаждущее изгнать тьму в моём сердце. И я отвечала ему с той же яростной нежностью, в попытке доказать, что я здесь, что жива и не собираюсь сдаваться.

Когда мы, наконец, оторвались друг от друга, чтобы перевести дыхание, в тишине коридора звучали лишь наши прерывистые вздохи. Он не отпускал меня, прижав лоб к моему виску.

— Летиция… Прости, что не смог защитить…

— Время ещё не истекло, — перебила я, и мой голос прозвучал тихо, но твёрдо. — Надо идти, а то опоздаем на спектакль.

Он медленно кивнул, отстраняясь и набрасывая привычную маску непроницаемости.

— Не будем терять ни секунды.

* * *

В бархатном платье винного цвета с весьма смелым декольте, в тёплом жакете с меховой горжеткой и под ручку с кавалером, я точно походила на заядлую театралку. Однако проход в театр оказался проблемой. Я не хотела показывать жетон полицейского даже господину Капэлю.

— Дорогая, я же говорил, билеты будут у консьержа, — громко и снисходительно произнёс Рэмонд, его рука мягко, но настойчиво легла мне на спину. Он сделал шаг вперёд, всей своей позой демонстрируя право находиться где угодно. — Поторопись, моя орхидея, мы пропустим увертюру.

Молоденький капельдинер, смущённый его тоном и нашим видом, засуетился и без лишних вопросов, снимая золочёную цепочку.

Я восхищённо посмотрела на Рэмонда:

— Господин Крау, признайтесь честно, вы втайне от меня нашли того жуткого менталиста, Арта Дан Яра, и взяли у него несколько уроков убеждения?

В глазах Рэмонда промелькнула тревога, но уголка губ коснулась самодовольная ухмылка.

— Кое-что могу, моя орхидея!

Показательно скривившись от его обращения, я с помощью Крау скинула жакет и горжетку, и он передал наши вещи лакею.

Вечерний театр пах иначе, аромат всевозможных духов, изысканный и тяжёлый затмевал тот запах древесины и сухих цветов и даже воска, который мы ощущали здесь днём.

У входа в зрительный зал нас остановил консьерж:

— Покажите ваши билеты, господа, я провожу.

Крау закатил глаза:

— Но господин Парр…

— Ах, ни слова больше! Прошу за мной!