Книга Ведовская. Говорящая с тенями, страница 91 – Анна Лерн

Я опустилась в кресло, накрыла украшение ладонью и, закрыв глаза, сосредоточилась.

— Ирина Родина, явитесь ко мне… Придите на зов… Явитесь немедленно!

Ничего не произошло. Вместо этого медальон в моей руке стал стремительно нагреваться. Он пульсировал, как живое сердце, отталкивая моё вмешательство.

— Да она же жива! - прошептала я, резко отнимая руку. - Господи… Супруга полковника действительно жива! Её душа не покинула этот мир, но она в огне...

Но я умела договариваться только с теми, кто уже переступил черту. Здесь нужен кто-то другой. Возможно, среди коллег найдётся знаток таких аномалий?

Я подошла к столу, достала бумагу и, окунув перо в чернила, быстро написала:

«Александр Васильевич! Оставьте все дела, какими бы важными они ни казались. Ваше немедленное присутствие в моём доме не просьба, а жизненная необходимость. Я обнаружила нечто, касающееся Вашего медальона, что не может быть доверено бумаге и не терпит ни минуты отлагательства. Речь идет не о смерти Вашей супруги, а о чём-то гораздо более страшном.».

Примерно через час у парадного входа остановился экипаж. Я заранее предупредила Прасковью, чтобы она сразу проводила Родина ко мне в библиотеку. Полковник выглядел привычно спокойным, собранным. Но я сразу заметила в его глазах затаённое, почти лихорадочное волнение.

— Присаживайтесь, - мягко предложила я, указывая на кресло.

Родин опустился на обитое бархатом сиденье, положив фуражку на колени. Я немного помолчала, собираясь с мыслями, после чего сказала:

— Александр Васильевич. Я не могу вам помочь... так как ваша жена жива.

Полковник замер, но не проронил ни слова, напряженно ожидая продолжения.

— Вот только не всё так просто. Несомненно, здесь имеет место сильнейшее колдовское вмешательство. Душа Ирины буквально горит в магическом огне. И вам стоит немедленно обратиться к одной из моих коллег. Я бы советовала госпожу Туманову, благо она специализируется на подобных явлениях. Ибо в том, что я почувствовала, исследуя ваш медальон, есть явные и очень страшные признаки проклятия, - объяснила я. – Вы уж извините меня, что не смогла вам помочь.

— Нет, нет, Татьяна Фёдоровна, вы очень помогли мне. Благодарю за совет. Я обязательно воспользуюсь им, - с признательностью ответил полковник.

— Но если ваша супруга находит в себе силы на прогулки в парке, значит, далеко не всё потеряно, - попыталась я его успокоить. - Я уверена, что Полина Андреевна сделает всё, что в её силах, чтобы распутать этот магический клубок. А сейчас я должна попросить об услуге вас.

Александр Васильевич вскинул на меня удивлённый взгляд.

— Да, я слушаю вас.

Я подробно рассказала ему обо всём, что произошло в Ольденбургском приюте. И всё, что мне удалось узнать. Полковник слушал предельно внимательно, не перебивая, лишь иногда задумчиво щурился. Когда я закончила, он заговорил спокойным, немного отстранённым голосом:

— Константин Петрович позволил вам вести личные расследования, если они касаются паранормального. Поэтому впредь вы можете не скрывать от меня ничего. Как только у вас появятся новые подозрения или зацепки, немедленно докладывайте, чтобы я мог обеспечить прикрытие. А насчет неприятной истории с Рогожиной... Вот что. Эти проклятые иглы нужно достать в одно время, вы говорите? В двадцать ноль-ноль колокол на пожарной каланче Выборгской части отобьёт смену караула. Его звон точно прекрасно слышен и в залах Ольденбургского приюта, и среди надгробий католического кладбища. Когда раздастся первый удар, мои люди начнут действовать.