Книга Последний поцелуй вдовы, страница 2 – Лисавета Челищева

И вот, в интимной атмосфере клубной террасы, после чарующей беседы с желанным мужчиной, который пленял её интерес больше всех остальных меркантильных ухажеров, она нашептала ему на ухо всё, что знала о теме, столь его интересующей. Эта информация была лишь крошечной частью тех знаний, которые хранились в одержимых умах главных служителей церкви, в яростно преданных церкви чиновниках и в подземных библиотеках Дэсмура — в старинных томах, укрытых под Базиликой Совета 8.

Получив искомые сведения, Эскар решил, что его план увенчался успехом, удовлетворив его неутолимое желание овладеть этой крупицей знаний. Однако, словно судьба решила изощренно покарать его, энергия баронессы вновь окатила его холодной волной. Краем глаза он заметил её у входа — лёгкая и грациозная, она двигалась в сопровождении навязчивого кавалера.

В черепе Эскара вновь запульсировала мучительная головная боль, свирепствуя с новой силой. Полуприкрытыми веками он следил за тем, как другой мужчина провожал его баронессу на уединенный балкон.

Вспоминая это сейчас, жнец ускоряет шаг по мостовой, неистово удаляясь от центра города.

«Ненавижу... Ненавижу тебя... я презираю тебя больше всего на свете, Тамасви!» — раздался голос Сандрины в его голове.

Эти повторенные памятью слова разорвали что-то притаившееся между его рёбер, по телу прокатилась жгучая боль, подкашивая ноги мужчины.

Превозмогая боль, жнец срывает с рук перчатки, небрежно бросая их в ближайшую лужу. Ногти впиваются в ладони, царапая гладкую поверхность кожи. Из его уст вырывается вязкое шипение, когда обезумевшие пальцы проходят по кистям и дальше до локтей, оставляя след из мелких кровоточащих царапин. Эта привычка самоистязания, давно забытая с подростковых лет, вновь нагрянула с новой силой.

Опустив рукава рубашки, он наблюдал, как тонкая ткань пропитывается темными липкими пятнами, а жгучее ощущение боли вселяло долю трезвости в его обезумевший от ревности разум.

Отдышавшись у стены, жнец нахмурился и продолжил свой путь по туманному переулку, раскинувшемуся впереди.

— Сквозь зазеркалье, где оправдание имеет каждый вздох, Сердца пылающие тонут в пучине неизведанных оков, Слияние контрастов, антиподов — игра, игра, игра актеров! ~ Автор

САНДРИНА

Солнечные лучи, пробиваясь сквозь облака, танцевали по хмурому небу, придавая необычный свет садам родовой усадьбы в Сестрорецке. В воздухе витал аромат свежескошенной травы и цветущих вишен, создавая атмосферу, полную ожидания и веселья.

— Мы слишком давно не устраивали семейных чаепитий в саду! Как скверно же мы проводим наши дни! — воскликнула тётя Тамара, её голос, как мелодия, разносился по усадьбе, наполняя её живостью.

Я, погруженная в подготовку, уложила свои короткие волосы рубиновым гребнем, чтобы непослушные пряди не мешали мне играть с близнецами. На мне было лёгкое белое платье, которое струилось до земли, его высокие ворот и кружевные рукава придавали виду элегантность. Шляпка, украшенная вышитыми розами, защищала моё лицо от солнечных лучей, которые обещали быть сегодня яркими.

Нуждаясь в помощи с корсетом, я позвала кормилицу Марусю. Её проворные руки быстро справились с задачей, и вскоре я чувствовала себя готовой к предстоящему чаепитию.

Дядя, поглощённый своими делами на угольном предприятии, уехал в город ранним утром. После его отъезда в усадьбе воцарилась тишина.