Книга Сундучок мертвеца, страница 174 – Дарья Гущина

В разы. У Тайи получилось с третьей попытки. И едва девочка приблизилась к стене, неуверенно сжимая в ладошках тонкий тёмный посох, как камни явственно шевельнулись.

— У нас есть семейные наговоры сокрытия, о которых не знает никто, — я достала грифель. — Вряд ли отец использовал общеизвестное. Сейчас запишу, попробуешь все.

Сработал пятый наговор. Камни исчезли, а перед нами появилась широкая кладовка, доверху набитая старыми папками и справочниками. И, к моему облегчению, на самом же верху, почти под потолком, серебрились пять сосудов с прахом.

— Торопился, — Бреннар первым заглянул в кладовку, — но сделал неплохо. На стенах сильные знаки — ни одним наговором документы не собрать. Только руками. Человеческими и дружелюбными. Предлагаю поспешить.

Я притянула из кладовки два объёмных сундука, и мы сообща взялись за работу. Сосед быстро чертил на сундуках углубляющие и защитные знаки, Горюша хвостом сбрасывал сверху папки, а мы с Тайей укладывали их в сундуки. И, к счастью, архив оказался небольшим — да, до потолка, но всего в два ряда. И вместе с сосудами в сундуки всё влезло. А запихнуть их потом в сумку — дело мгновенное.

— Это твоё, — я отдала сумку Тайе.

— Перекусим? — удивил внезапным предложением Бреннар.

Горюша согласно пискнул. А в моей сумке знакомо зашуршало.

— Маль, ты оставила ходики в мастерской? — встревожилась Тайя. — Забери!

— Да и не только ходики, — признала я. — Начинайте без меня. Горюша, отдай амулеты и поешь.

Змей покладисто сплюнул шестью монетами — тремя искорёженными, тремя целыми. Я подобрала все и убежала в мастерскую. Не только ходики. Оттиск отчёта об изучении «штормового» ношта. Мамины амулеты. Родной рабочий фартук. И ещё кое-что по мелочи. И одеться надо потеплее — холодно даже с наговорами.

Но первым делом я быстро завела ходики, открыла тайник и выложила на стол необходимое. И, пока заново собирала сумку, меня не отпускало — я не просто прячу то, что можно использовать в нехороших целях. Да, я собираю вещи. Как будто больше сюда не вернусь. Тоже морочное чувство, но я ему малодушно поддалась и заодно забрала инструменты, фартук, записи о «ловцах» и заготовки. А всё остальное смогу или восстановить, или купить. Сумку я творила с расчётом на такие сборы, поэтому всё благополучно влезло.

Закончив, я глотнула успокоительного, переоделась в зимние штаны и куртку, нервно забила её карманы зельями и амулетами. Прислушалась к оглушительной тишине дома, представила, как на тёплой кухне сейчас пьёт чай моя странная команда, и заставила себя расслабиться. Вывернула карманы, оставила лишние зелья на столе. Поняла, что хочу подумать в тишине, и устроилась в кресле.

Буквально на минутку.

Реальность выцвела, став острой и чёрно-белой. Я резко открыла глаза. Показалось?.. Вроде всё как прежде... только так холодно, что дыхание оседает паром. Я вскочила с кресла, перекинула через плечо сумку и выбежала в мастерской коридор — совершенно тёмный, без единого светильника. Смертельно ледяной.

— Маля! — Бреннар уже стоял на пороге кухни, держа в руках крупный снежно-белый светильник. — Быстрее!

Горюша, от страха почти прозрачный, кинулся ко мне и спрятался в кармане куртки. Побледневшая Тайя испуганно выглядывала из-за соседского плеча. Реальность мигнула, снова на мгновение выцвела, и светильник погас. И снова полыхнул льдисто-белым, озаряя коридор.