Книга Сундучок мертвеца, страница 102 – Дарья Гущина

— И потомков смотрительской семьи совсем не осталось? — удивилась я. — Но ведь они же умирали. Где-то должен храниться их прах, а по праху можно напрямую призвать дух из Небытия или там же найти его оттиск с нужными знаниями, если дух уже ушёл на перерождение. Да сами же знаете. Неужели за сотню лет вы ничего о смотрителях не узнали и никого, хотя бы дальнего, не нашли?

— Нашли, конечно, — силд Кремен улыбнулся. — Это твоя семья, например, по маме. И ещё с десяток родов, ведущих начало от отцов-творцов. Да кровь размылась. А знаний о духе города в ваших семьях или нет, или они запечатаны так, что не добыть. В тебе ещё довольно Небытия, чтобы не испугаться духа при встрече, но посадить его на поводок силы уже не хватит. И удержать, если мы посадим, тоже. Твоя бабушка бы смогла, а вы с мамой — уже нет. С другими семьями то же самое. Сила ушла. Что касается праха смотрителей, то его нет ни на кладбищах Сонных островов, ни в древних храмах, ни в тайниках домов отцов-творцов. Мы весь город перевернули, Маля. Не нашли. Смотрительская семья скрыла всё — место обитания, место упокоения, знания... Всё.

— М-да... — я поджала губы. — Сложили яйца в одну корзину... А что случилось с семьёй, тоже неизвестно?

— В оправдание семье, яиц в корзине хранилось не три штуки, — мрачновато заметил силд Кремен. — Судя по почеркам с записок, в одном поколении всегда было человек двадцать, не меньше. В последнем мы насчитали двадцать три человека — только взрослых. Ещё в моменты розыска мы заметили пропажу десятка младших близнецов — вроде нашей общей головной боли, — он кивнул на Бреннара. — Потомственно сергородских, довольно сильных и хорошо обученных ребят. Думаю, смотрители за ними следили и прибирали к рукам. Чтобы уничтожить такую силу... Мы так и не поняли, кто смог. И как.

— Так и у смотрителей, поди, в конце концов кровь размылась, — я нахмурилась. — Вот и не удержали. Или они какие-то особенные?

— Конечно, особенные, — силд Кремен откинулся на спинку рабочего кресла. — Нам, местным, Серый город всего лишь позволяет жить здесь. Защищает от туманных и морских штормов, делает плодородной землю, спасает от лютых морозов. Его защитная сила сочится из каждого камня. А смотрителей он питал силой напрямую. Как и они его. Общение с духом — как у тебя с изделием. Ты вкладываешь в него душу, а изделие возвращает тебе остаточную силу плюс новые полезные мысли.

— А ведь дух города — и есть то же изделие, да? — тихо спросила я. — На стыке каких сил он создаётся?

Бреннар бросил на меня быстрый остро-ощупывающий взгляд.

— Конечно, на стыке двух основополагающих сил и наук, Маля, — ответил силд Кремен и бросил такой же ощупывающий взгляд на соседа. — Бытия и Небытия. Ремесло, как и ищейство, появилось много позже — как ответвление и смесь основных сил. А души местности — буде то город, кладбище, лес, топь или же храм — появлялись вместе с первопроходцами. Которые осваивали место, вкладывали в него душу — и творили таким образом эту самую душу для защиты себя и своих потомков. Дух Серого города возник чуть позже основных городских построек. На стыке Небытия, которое удержало и собрало воедино частички душ отцов-творцов, и Бытия, которое «пришило» душу без тела к живому миру.

Я опустила глаза и уставилась на сумку. Чистым Бытием отец не интересовался никогда. Однако в ремесле больше Бытия, чем Небытия, а отец был гениальным ремесленником. И всю взрослую жизнь прожил в семье смотрителей Небытия, набравшись тайн из другой ветви.