Книга Лекарь. Эльфиек в жены не предлагать, страница 49 – Тэя Мор

— Хочешь, чтобы в тебя насильно еду запихивал?

— Попробуй, — улыбка, пальцы на правой уцелевшей руке мгновенно трансформировались в когти.

Элиа знала, что шансов против человеческого мужчины у неё не было. Поломанное, отравленное дурманящими настойками тело едва удавалось поддерживать в сознании. На обнажённой коже пестрели царапины и кровоподтёки, левая рука выгнулась под неестественным углом, ноги сковывали кандалы. Несколько неудачных попыток побега не остались безнаказанными.

— Совсем больная? — презрительный вопрос, дверца со скрежетом отворилась. Человек едва мог протиснуться в эту собачью клетку. — Я ж с тобой по-хорошему пытаюсь общаться. Не будешь жрать — тебя всё равно заставят.

— Воды хочу. Вонючую похлёбку жри сам.

Элиа заставила себя улыбнуться, взгляд скользнул по широкому лицу, вниз — на железную пряжку ремня. Она отлично врезалась в память с прошлой ночи. Тогда этот человек не пытался с ней общаться по-хорошему: связал и, накинув на голову мешок, передавал товарищам по кругу до полной потери сознания.

— Я могу дать тебе воды, но при условии, что ты съешь хотя бы две ложки. Вечером зайдёт командир Дьерн, будет интересоваться, как дела с поиском твоей сестры.

— Вы обещать не трогать, если буду искать, — Элиа поморщилась. — Я ищу.

— Но всё ещё не нашла. Дьерну это не нравится, мне тоже. Не будет результатов…

— Убьёшь меня? Убивай.

— Нет, — человек усмехнулся и издевательски похлопал её по ноге. — Не убью. Но ты права, на твоём месте я б тоже выбрал смерть. Ешь похлёбку. Даю тебе десять минут, а потом поговорим по-другому. И да, информация о твоей сестре нужна до вечера. Не сможешь раздобыть — поедешь к магам без лишних частей тела. Например, ноги горных эльфов их не интересуют.

— Человеческая мразь, — прошептала Элиа, стиснув зубы.

— Ты сама отказываешься сотрудничать.

Глаза предательски защипало. Элиа с силой полоснула по собственному бедру когтями, в ноздри тут же ударил запах крови, с губ сорвался рык. Боль затмевала сознание, пробуждала ярость и природное упрямство. Никаких слёз — только действия. Дети ветра не жили поодиночке. И не умирали.

«После смерти близнец берёт тело брата или сестры в руки и делает шаг с вершины горы», — вспыхнула в памяти тихая речь старика-шептуна. Именно он рассказывал молодым эльфам о духах и Богах, об обрядах и традициях.

«Так сделай шаг со скалы, сестрица, — не в состоянии подавить приступ отчаяния подумала Элиа. — Спаси меня, Эллирэ».

* * *

Приятная сытость, мурчащая на коленях кошка и весело шушукающиеся о чём-то своём дети умиротворяли, заставляли ненадолго подумать, что жизнь — прекрасная штука. Жаль только разговор, который пытался вести Тайлер, Эллирэ не нравился, да и в душе бесконечно свербило желание всё бросить и немедленно пойти в сторону высоких сосен. Да, не такое сильное, как днём ранее, преодолеть его получалось, но взгляд то и дело падал на окно. Нужно было встать и идти.

— Не знать, где низкие люди. По нужде хотеть, — наконец, сказала, нервно топнув ногой по деревянному полу.

— Где ведро знаешь, — раздражённо пробурчал Тайлер. — На улицу средь бела дня ходу нет. Здесь сидишь и нос не высовываешь. Боги, как же всё это достало. За что вы все свалились на мою голову? Чем я Тишера позабавил, что шутки его одна другой краше?