Книга "Л" значит Лили. Часть II, страница 57 – otium

Лили дошла до конца стеллажа, повернула направо — одна из ламп не горела, и нужный шкаф отбрасывал в проход густую тень, — затем придвинула лесенку, поднялась на две ступеньки и завертела головой, пытаясь найти сочинения Агриппы.

Так, это Арнольд из Виллановы, это «Малый алхимический свод» Альберта Великого — сокращенная версия, разумеется, а не легендарная полная... Наконец она протянула руку к коричневому корешку с потускневшей надписью — и чуть не подпрыгнула, когда за шкафом раздался голос:

— Мадам Мелифлуа, позвольте еще раз напомнить о моей просьбе.

Кто это? Нахмурившись, она осторожно выглянула в проход — ее начальница сидела в глубоком кресле у стены, и в руках у нее была чашка чая, а на коленях лежал неизменный плед. В воздухе перед ней парил старинный фолиант, и со страницы, на которой он был раскрыт, свисало что-то вроде длинной черной цепочки.

Перед креслом стояла Сибилла Трелони — со своего места Лили видела только спину и длинные распущенные волосы, но перепутать ее с кем-то было невозможно.

— Пожалуйста, запретите Крокеру его эксперименты — вы же сами видите, как лихорадит из-за них альфа-линию, — продолжала она, нервно поправляя на плечах прозрачную шаль с серебряными блестками, но мадам Мелифлуа покачала головой:

— Нет, Сибилла. Он создал рукотворного феникса и скоро закончит новую модель хроноворота, но это ничего не изменит. По крайней мере, ничего, что изменило бы будущее. Да, ты права, оно меняется — я чувствую это, вижу, как наш мир замер в миге неопределенности, словно вставшая на ребро монета; вижу, как впереди из тьмы невозможного появляется тропинка вероятного — но это не Крокер, нет, не он... И я спрашиваю себя, почему этого не видишь ты, — почти ласково закончила она, и стоящая перед ней прорицательница вздрогнула как ужаленная.

Лили передернуло — она прекрасно помнила, как сама нервничала под равнодушным взглядом этих бесцветных, почти прозрачных глаз, как боялась вылететь с работы, даже не успев к ней приступить...

Мадам Мелифлуа пригубила чай и небрежно дотронулась палочкой до свисающей из фолианта цепочки — и та ожила, гибкой змеей потянулась со страницы, переползла на палочку, а оттуда на руку, звено за звеном растворяясь в коже... Стоп, да это же арабские буквы! Ну да, они самые — затейливая вязь, изящные завитушки и черточки... Она что, так читает?

Словно услышав ее мысли, Сибилла обернулась, и Лили отпрянула за шкаф. Ей только сейчас пришло в голову, что это, наверное, был секретный разговор и вряд ли они обрадуются нечаянной свидетельнице... Нет, ну это надо же было так влипнуть! Пытаясь взять себя в руки, она прижалась лбом к верхней полке — и из-за шкафа опять послышался голос, немного приглушенный, но почти такой же отчетливый, как раньше:

— Сто тридцатая строка доходов, Сибилла. Это ключ ко всему. Разберись в этом, и ты поймешь все остальное. А теперь ступай и постарайся не только заглядывать в свой хрустальный шар, но и думать над тем, что увидела.

Молчание. Затем шорох шагов, тихое звяканье браслетов и подвесок, скрип двери... И все. От сердца немного отлегло — вдвоем они бы ее точно съели, а одна мадам Мелифлуа, возможно, еще подумает, — и, расхрабрившись, Лили снова выглянула из-за шкафа. Может, выйти и сознаться, что все слышала? В конце концов, они обе провидицы и прекрасно понимают, как работает Дар...