Книга "Л" значит Лили. Часть II, страница 135 – otium

— Вы не так меня поняли, мисс! — оскорбился портрет. — Просто краска отслаивается — чешется, сучий потрох...

Но Лили его уже не слушала, потому что в этот момент на пороге появился Северус — на мгновение задержался и повернул голову, и весь остальной мир словно растворился в тумане. Работа, дом, бредовые выдумки Поттера — все это развеялось как дым; остался только Северус, его черная фигура в мягких свечных отблесках, его резкий, чеканный профиль, словно выбитый на фоне дверного косяка, и у Лили заколотилось сердце...

...и вдруг дрогнуло и пропустило удар — он что-то сказал широкоплечему верзиле, который шел за ним следом, и она узнала это бледное одутловатое лицо с бесстрастными, как у крокодила, глазами.

Мальсибер. О Господи, это Мальсибер.

— Да-а, вот так! Святые угодники, какое блаженство! — воскликнул портрет, и она отстраненно заметила, что опять за него схватилась — потому что Северус сделал шаг вперед, и стало видно, что он сильно хромает.

Мальсибер что-то ответил и вслед за остальными студентами свернул в сторону больничного буфета, но Северус только фыркнул и не стал его догонять, и Лили, сглотнув, заторопилась ему навстречу.

— Сев! Стой, подожди меня!

От звука ее голоса он вздрогнул — но тут же повернулся к ней и поморщился, неудачно ступив на больную ногу.

— Лили? Что ты тут делаешь?

Он стоял к ней вполоборота, и его щеку прикрывала прядь волос, черная и гладкая, как вороново крыло, но Лили и так видела, что его черты заострились, а под глазами залегли глубокие тени. Ох, кажется, кто-то слишком много работает и слишком мало отдыхает...

— Принесла тебе ингредиенты, — от широкой улыбки заныли щеки. — Шерсть оборотня, я же писала. А... что у тебя с ногой?

— Ерунда, — отмахнулся он, но черные глаза так и шарили по ее лицу, и во всей его позе чувствовалось напряжение. — Немного промахнулся с Режущим.

Вот как? А Блэк с Поттером говорили... Но нет, если спросить напрямую, он точно обидится. Как обижался всегда от несправедливых подозрений... И вообще, это же Блэк и Поттер, они врут как дышат! Разве можно им верить?

— Да уж вижу я, какая это ерунда, — она покачала головой. — Совсем себя не бережешь — удивительно, что промахнулся только с Режущим и только один раз.

Он мгновенно ощетинился, будто кто-то неосторожно тронул Дьявольские силки.

— Кто бы говорил! Ты сама когда последний раз ела? Видок хуже моего, и под мантией все ребра пересчитать можно, — буркнул он, опуская голову. И отвернулся — только ухо торчало из-под длинных черных волос.

— Тогда давай зайдем куда-нибудь и поедим, — Лили с облегчением взяла его за руку. — Или, если не хочешь в кафе, можем ко мне домой — я что-нибудь приготовлю...

— Нет, давай лучше в кафе, — поколебавшись, откликнулся он. — Будут какие-нибудь пожелания?

И бросил на нее быстрый, настороженный взгляд, а потом несильно сжал ее пальцы.

— Устрицы, — вмешался портрет, о котором она уже успела забыть. — Всего четыре пенса за дюжину — и вас ждет незабываемая ночь любви... — он сладострастно причмокнул, и Северус вспыхнул. Покосился на нее вопросительно, и худые щеки пошли алыми пятнами, а большой палец осторожно погладил тыльную сторону ее ладони.

Лили улыбнулась в ответ.

— Только не в Косой переулок, ладно? — сказала она. От одного воспоминания о разоренных, сожженных домах по спине продрал липкий озноб.