Книга Бесплодная истинная для распутного дракона, страница 107 – Леона Эльсворд

Старейшая долго смотрела на него.

Потом улыбнулась.

— Хороший ответ для человека над землей.

Сар негромко пробормотал:

— Сойдет.

Кайрен шепнул:

— Эрик, по-моему, тебя проверяли.

— Я заметил, - так же тихо ответил Эрик.

Мы вернулись в верхний дом только к утру.

Вернее, не совсем вернулись, а поднялись из пробудившегося королевства, оставив внизу какую-то важную часть себя.

Лунный Двор жил.

Его жители приходили в себя после долгого сна, и Арвена вместе с хранителями памяти уже начала восстанавливать порядок. Все оказалось куда сложнее, чем могло показаться в первое мгновение радости: для народа Лунного Двора прошли лишь мгновения, а для мира наверху - годы.

Им предстояло узнать о новых королевствах, войнах, границах, Эйре, драконах, торговле и о том, что Ольцег уже давно снова дышит, меняется и живет своей новой жизнью.

Элиас остался внизу на несколько часов дольше.

Когда он наконец поднялся, его лицо изменилось. Он не стал старше, но в чертах появилась глубина, которой раньше не было. Казалось, вместе с пробужденным королевством он принес на плечах новое имя, новый долг и новую тяжесть.

Наследный принц Лунного Двора.

Я встретила его в библиотеке, где утренний свет уже ложился на столы и старые карты, теперь казавшиеся почти смешными после того, как мы собственными глазами увидели подземное королевство.

— Как ты? - спросила я.

Элиас сел в кресло, откинулся на спинку и закрыл лицо руками.

— Я пока не уверен, что вообще умею отвечать на такие вопросы. За месяц я успел побыть другом принца, изменником Эйры, потерянным братом, древним принцем и наследником спящего королевства. Думаю, в этой ситуации мне срочно нужно вино.

— Тебе нужна еда.

— Ты сейчас звучишь как Мила.

— Считаю это высшей похвалой.

Он рассмеялся, но смех быстро стих. Элиас опустил руки и посмотрел куда-то в сторону, туда, где за окнами светлел сад.

— Я видел их, Лиара. Народ. Наш народ. Они смотрят на меня так, будто я уже должен знать, что делать.

— Ты узнаешь.

— А если не узнаю?

Я села рядом, стараясь говорить спокойно, хотя сама все еще чувствовала под кожей серебряный свет пробужденного королевства.

— Тогда спросишь. У Арвены. У дома. У меня. У Эрика. У Агаты.

При имени Агаты его взгляд сразу смягчился.

— Она была внизу?

— Да. Она помогала Талии с женщиной, которая проснулась слишком слабой.

Он улыбнулся так нежно, что мне стало понятно еще до ответа.

— Конечно. Она не смогла бы иначе.

— Ты любишь ее? - спросила я, и вопрос вырвался сам, прежде чем я успела решить, имею ли право задавать его так прямо.

Элиас посмотрел на меня долго и внимательно.

Потом тихо сказал:

— Кажется, да.

Я не удивилась.

— Она многое пережила.

— Я знаю.

— У нее дети.

— И это я тоже знаю.

— Ей нужна не страсть, которая вспыхнет и исчезнет, оставив после себя только пепел. Ей нужен человек, который останется утром, днем, во время болезни, во время детских слез и тогда, когда старые страхи вдруг вернутся без предупреждения.

Элиас слушал внимательно, без обиды и без попытки защититься.

— Я хочу быть таким человеком.

— Хочешь или можешь?

Он опустил взгляд на свои руки.

— Научусь.

Я улыбнулась, потому что иногда честное «научусь» значило гораздо больше, чем слишком уверенное «могу».

— Тогда скажи ей. Не обязательно сегодня, если чувствуешь, что рано.