Книга В плену обстоятельств, страница 33 – Мира Форст

— Князя берем с собой, − очнулась я от голоса Маграда.

— Морай, зачем тащить с собой калеку? – поинтересовался отвратный Веклос.

— Король Брок ценит Виила Ларсминского. За него одного мы сможем обменять сразу несколько наших пленных, − прозвучал ответ.

— Хоть кто-то сегодня попытался вступиться за тебя, − протянул мне руку Фастрад.

Я поднялась с земли. Осмотрелась. Трупов не так много. Больше раненых. Среди них есть тяжелые. Люди Маграда забирали оружие и связывали людей князя Ларсминского. Самому князю связали руки. Два солдата подняли его вместе с платформой и понесли на корабль.

— Морай, двое наших людей сильно ранены, они теряют кровь, − сообщил Клаус.

— Быстро, на корабль их, к доктору.

Корабль стремительно отчаливал от берега. Я не видела куда поместили Виила, но надеялась, что не в трюм к лошадям. Сама я не пошла в каюту, осталась на палубе наблюдать за работой тафроского врачевателя. Морай не стал запрещать мне.

— У обоих ранения слишком серьезные, − вынес вердикт доктор. – Я не смогу спасти сразу двух.

Решать надо было быстро и Маград принял, наверное, самое разумное решение.

— Спасайте того, у кого шансов выжить больше.

— Я могу… − запнулась я, − могу помочь.

На меня уставились все, кто находился на палубе.

В секретной школе, где готовили шпионок, старичок со шрамом ежедневно учил нас справляться с ранами разной сложности. И знания у меня были не только теоретические. Он заставлял проводить нас операции на трупах, которых доставляли в школу неизвестно откуда. С тех пор, я пользовалась этими знаниями не единожды, оказывая помощь людям замков Рузских и Грожбурских.

— Морай, не подпускай ее, − прогремел Веклос. – Она угробит Рихта.

Но я, наоборот, хотела помочь потому, что тем тяжелораненым, за которого не взялся доктор, оказался как раз Рихт. Этот рыжий парень нравился мне.

— Не сомневайся, если бы на месте Рихта лежал ты, я бы тебя зарезала, сказав всем, что операция прошла неудачно, − огрызнулась я на Веклоса.

— Малена, приступай, − остановил Морай ответный выпад длинноволосого.

— Пусть хотя бы комментирует, что делает, − не сдавался тот.

— Хорошо, − кивнула я, надевая перчатки и изучая медицинский чемоданчик доктора.

— У Рихта рана на шее с повреждением сосудов. Интенсивное наружное кровотечение. Необходимо предотвратить попадание инфекции, − начала я обработку антисептиком.

— Теперь я перевязываю сосуд, − благо в докторском чемоданчике нашлась хирургическая нить.

— Он чувствует, что ты делаешь? – уже более спокойно спросил Веклос.

— Нет. От болевого шока он потерял сознание.

— Сосуд перевязан. Начинаю зашивать рану.

Зашивать было трудно, так как края раны не очень плотно прилегали друг к другу. К тому же, слишком быстро начало смеркаться. И еще неудобно проделывать операцию, сидя на коленках на деревянной палубе.

— Все. Через десять дней можно снять швы.

— Я тоже закончил, − утер пот со лба доктор. – Жить будут. Спасибо, коллега, − протянул он мне руку.

Я пожала ее.

Веклос смотрел на меня изучающе, Фастрад восхищенно, а Морай… Морай на меня не смотрел. Он разглядывал заштопанную рану Рихта и… улыбался.

Ночью, после жарких, нежных и страстных ласк князя, не удержалась, спросила:

— Ты ведь оставил Виила Ларсминского в живых не только потому, что его можно обменять на пленных?