Книга Ложная сказка, страница 55 – Мира Форст

— Думаешь? – мысленно уже согласился Батыр не отдавать, но боялся, что на попятный пойдет Фархад. Надо было заручиться его твердым словом. Если уж молчать, так вместе.

— Время сейчас неспокойное. Про революционеров слышал? И кайзер, говорят, к войне готовится. Мы клад отдадим, а сокровища и сгинут. Так нам и скажут, когда мы свою положенную долю запросим.

— Делим на две части? – заплясал азарт во взгляде Батыра.

— Делим, – протянул правую руку Фархад для скрепления сделки.

— Твои месяцы с января по июнь. Мои – июль-декабрь, – предложил Батыр вариант деления.

— Согласен. Но, если ты не возражаешь, я Деву себе заберу в обмен на любой другой амулет. Все мои дочери под этим зодиаком родились, – пояснил Фархад свою просьбу.

Батыр не возражал. Его устроил амулет Рыбы.

— А где же хранить станем? – спохватился Фархад. – В обсерватории оставлять нельзя. У меня дом полон людей. Да и полицеймейстер в соседях. Я планировал после выполнения заказа в Сухуми податься. У зятя там дом большой. Хотим с женой к старшей дочери перебраться. Только тогда и смогу свою часть сокровищ забрать.

— Можешь временно у меня оставить. В мою мастерскую с инструментами родне запрещено заходить. Там надежный схорон будет.

Фархад, конечно, проявил недоверие. Устоит ли дружба перед соблазном завладеть всеми сокровищами?

— Я твою долю не заберу, – правильно истолковал Батыр сомнения художника.

Всю последующую неделю Фархад наведывался к Батыру, удостовериться, что бесценная находка не исчезла. Он так дергался, что в конечном итоге сам все и испортил.

Живописец из-за страха разоблачения принялся обходить стороной своего соседа полицеймейстера Урмана. Если встречи избегнуть не удавалось, Фархад изображал на лице слишком широкую улыбку.

Такое нетипичное поведение давнего знакомого насторожило опытного жандарма, и Урман зачастил к соседу в гости.

— Батыр, что делать? – переживал Фархад. – Урман так смотрит на меня, так смотрит. Боюсь, догадается.

— Как он может догадаться? Веди себя естественно, и никто ничего не узнает, – советовал Батыр.

Но у Фархада не получалось естественно, и Урман велел своим подчиненным провести в доме соседа обыск.

— Он думал, я подпольно опиумом торгую, – нервно смеялся художник.

— Так ведь теперь и ко мне с обыском могут прийти, – справедливо забеспокоился Батыр. – Все знают о нашей дружбе. Твой полицеймейстер может решить, что опий у меня хранится. Начнут искать одно, а наткнутся на сокровища.

— Надо перепрятать амулеты, – предложил Фархад. – Каждую фигурку в разное место.

— И где мы их спрячем? – соглашался Батыр с тем, что перепрятать необходимо и как можно быстрее.

— Есть идея. Сады Тамерлана.

— У нас двенадцать амулетов. А садов десять, – напомнил Батыр.

— Значит, в двух местах спрячем по два амулета. Только ты карту обязательно составь. Чтобы мы сами потом найти смогли.

— Составлю.

Сговорились наутро и заняться. С восходом солнца.

Но к назначенному времени Фархад не явился. Обеспокоенный Батыр постучался в его дом.

— Забрали в участок, – плакала жена Фархада. – Вроде как нашли запрещенную литературу при обыске.

Батыр, хотя и был уже не молод, предпринял необычайную ретивость. Понимал, что художник натура тонкая, допросов может не выдержать и расскажет того, чего не следует.