Книга Маринкина башня, страница 32 – Мира Форст

— Ты сломала много перьев. Это должно послужить подольше.

Агнеша увлеклась написанием дневника семьи Марины Мнишек. Записывала все, любую мелочь, касалась быта, уклада, интерьера, описывала все встречи и разговоры. И перья в ее руках ломались действительно быстро.

— Януш, спасибо, — зачарованно глядела она на дорогое перо.

— Перо стоило купить хотя бы ради того, чтобы услышать от тебя свое имя.

— А как я должна была тебя назвать? — не поняла Агнеша. — Ведь твое имя Януш.

— Януш, — подтвердил он и рассмеялся над выражением недоумения на ее лице. — До сих пор, ты звала меня Вороном, причем исключительно в негативном контексте.

Жизнь в Самборе затягивала, становилась привычной. Она все еще чувствовала себя гостьей, пришелицей, верила, что сможет вернуться обратно, но в то же время с огромным любопытством погружалась в свой неожиданный новый мир.

Довольно-таки часто у Агнеши случались долгие беседы с Юрием Мнишеком. В основном, они спорили о личности царевича Дмитрия и его шансах на занятие Московского трона.

— Вы хотите поддержать человека, чье происхождение более чем сомнительно? Готовы закрыть глаза на странное воскрешение сына Ивана Грозного, появление его из небытия[4]? — с горячностью спрашивала Агнеша.

— Согласен, — отвечал пан Юрий, — мы не можем быть уверены, что он тот самый царевич. Но мы не можем и сказать, что это точно не он. Сама посуди, Агнес, тринадцать лет назад во дворце города Углич умер ребенок. Одни московитяне говорят, умер царевич Дмитрий, другие утверждают, что погибло другое дитя. Одни твердят, что его зарезали наемные убийцы, другие, что он сам наткнулся на нож. И что любопытно, у каждой версии есть показания очевидцев. Ты же понимаешь, что в такой ситуации русские сами сомневаются и склонны верить в чудесное спасение царевича. Ведь для них, это означает возрождение династии Рюриковичей и повод свергнуть ненавистного Годунова.

— Вслед за Годуновым, они свергнут и самозванца. А вместе с ним пострадает и Ваша дочь Марина, — попробовала убедить воеводу Агнеша, воспользовавшись приписываемой ей славой ясновидящей. — Я понимаю, соблазн брака с московским царем велик, он сулит славу и возвышение семьи, но свадьба обернется для Марины кошмаром и повлечет за собой ряд войн.

— Тогда, надо сделать так, чтобы этого не случилось, — задумчиво произнес пан Юрий.

Агнеша обрадовалась, что пан внял ее предсказаниям, но он имел ввиду совсем другое.

— Я ведь неплохо знаком с Россией, — сказал пан Юрий. — Московскому государству требуется модернизация, его необходимо европеизировать и демократизировать. Тогда оно станет равным игроком среди западных соседей. Безболезненно и легче такой процесс лучше начать с помощью брака русского царя с представительницей европейской элиты. Европейская жена начнет задавать тон придворной жизни, а вслед и государственной. Россия и Польша могут объединиться к обоюдной выгоде. Польша получит сильного союзника перед внешними врагами, прежде всего, шведами и турками, а Россия преобразится в результате реформ, перестанет быть страной варваров.

Агнеша задумалась, как бы пошел ход истории, если бы Юрию Мнишеку удался его замысел и два государства объединились в одну державу. А ведь он, скорее всего прав, — размышляла она, — такой союз помог бы России намного раньше выбраться из необразованного средневековья, помог бы избежать военных столкновений между двумя странами.