Книга Музей неприятностей, страница 90 – Мира Форст

Я тоже дралась, как могла. Силы мои увеличились в разы, даже в теле человека. Сейчас Аглая Лисица была не слабее любого перевертыша. Помимо драконьей силы мною двигала ярость и злость. Это я во всем виновата! Я втянула всех в эту гиблую историю! Сидела бы себе тихо в салоне, как и планировала с первого своего дня на Фортуне, ничего бы не случилось.

Наблюдала за происходящим хаосом будто со стороны. Видела, как Бережь закрыл собою ректора. Казалось, конец моего стража неминуем, но на помощь подоспел Холиус.

Вилс и Галия сражались спина к спине, но, когда десятку перевертышей удалось окружить их, платиновая красавица вдруг прыгнула своему партнеру на плечи и взлетела.

Что? Она бросила Вилса? Бросила нас? Галия сбежала? Я не могла поверить. Кажется, Вилс тоже не мог поверить, и секундное замешательство стоило ему возможности удержаться на ногах. Перевертыши повалили белого дракона наземь, погребли своими телами.

Я заорала, попыталась проложить дорогу к Вилсу. Мотя помогала мне. Но мы бы все равно не успели.

Успела Марго.

Девушка воспользовалась приемом Галии, только взобралась на перевернутый панцирь, прыгнула, обернулась драконницей, разметала крыльями перевертышей, что грызли Вилса, и закрыла его своим драконьим телом.

— Марго, нет, − полились слезы из моих глаз.

Перевертыши нападали на черную драконницу, раздирали ей крылья. Она отбивалась из последних сил, но не подпускала тварей к израненному Вилсу.

— Аглая, − донесся в голове зов Моти.

Повертела головой.

— Нет! – бросилась к корчившемуся на земле Бранку.

Гиена убила перевертыша, подобравшегося к моему другу, но следом наступали другие.

Нет. Бранк не умрет из-за меня. Ухватилась за голову атаковавшего меня существа, оттолкнулась и высоко подпрыгнула. Не подведи драконница.

Серебряная девочка не подвела. Выпустила крылья.

Я закрыла друга.

— Малинка? – прохрипел он.

А я поняла – проснулся дракон Бранка. Бойня спровоцировала, и теперь друг корчится от адовой боли.

Пока меня не разодрали перевертыши, пока Дэймон и Мотя еще держатся и не подпускают тварей ко мне, я должна сказать Бранку то, что говорил мне Дэймон во время моих мучений. Это поможет ему.

Но я не могу говорить в драконьем обличье и не могу измениться сейчас, иначе нас двоих сразу убьют.

А что, если попробовать связаться с драконом Бранка? – пришло мне в голову.

Первые несколько секунд ничего не получалось, но потом дракон услышал меня. Я почувствовала, как болезненные конвульсии Бранка прекращаются.

— Малинка, слезь с меня, − улыбнулся друг. – Мой дракон готов появиться на свет.

Взлетела, яростно махая крыльями и хвостом, не подпуская таким образом к нему совсем обезумевших тварей.

А потом все закончилось.

Бранк выпустил крылья. На миг туман сгустился до такого плотного состояния, что не стало видно дальше своего носа. Затем рассеялся. Все перевертыши лежали на земле. Мертвые перевертыши. Туман убил их всех.

Марго была жива. Вид ее окровавленных, оторванных черных крыльев отозвался печалью в моем сердце. Подруга больше никогда не сможет летать. Но вот Вилс… смотрит на нее, словно впервые увидел. Он держит девушку на руках и неотрывно смотрит в ее глаза.

— Выходит, мы все ошибались, − первым заговорил Теренс. – Правитель серебряного клана не Аглая. Правитель – Бранк. Долина признала его. Не сомневаюсь, колесо фортуны на площади уже подтвердило его имя.