Книга Музей неприятностей, страница 56 – Мира Форст

Вот, значит, как я умру. Поглощенная снежной лавиной.

Не умерла.

Из смертельного круговорота выдернул белый дракон. Вилс.

Висела в его лапах тряпочкой. Удивительно, но шнурок с теплячком с моей шеи не слетел, и я не мерзла. Но одежда естественно намокла, от сырости было очень некомфортно. Болели все косточки. Вообще, все-все болело. Тем не менее, несмотря на мое плачевное состояние, кое-что, а вернее, кое-кого заметила.

Вот что значит связь со своим фамильяром. Я скорее почувствовала, чем увидела Мотю.

Гиена бултыхалась в той самой лавине, которая смела меня. Она снова и снова выпрыгивала из снега, потом пропадала в нем с головой.

В попытке привлечь внимание своего спасителя, стала трясти его за лапы. Даже ущипнула.

Вилс чертыхнулся. Зыркнул тяжелым взглядом. Но сейчас меня было не напугать. Я переживала за Мотю. Замахала усиленно руками в ту сторону, где моя фамильярка боролась за жизнь. Говорить после катания с горы я пока не могла.

Дракон понял. И увидел.

Через пару секунд гиена болталась в драконьей пасти и вела со мной мысленный диалог.

— Мотя, как ты там оказалась?

— Ощутила, что тебе нужна помощь и переместилась в пространстве.

Я чуть не прослезилась. Но заметила, что морда у гиены подозрительно довольная.

— Эй! Ты и впрямь спасать меня собиралась или хотела с горы скатиться?

— Одно другому не мешает, − заюлила пройдоха.

— То есть ты вовсе не боролось за жизнь, когда в снегу скакала, а развлекалась?

— Аглая, что ты прицепилась. Ну да, мне было весело. Круто же!

— Отлично! Моя фамильярка не только обжора, но еще и адреналинщица.

— Ты сердишься?

— Не сержусь. Я безумно зла на тебя.

— А вот я тебе сейчас скажу кое-что, и ты перестанешь сердиться.

— И что же такого занимательного ты мне можешь сказать?

— Пока вас с Вилсом не было, я с его тигром подружилась, − гордо сообщила Мотя.

— И что?

— Он мне некоторые секреты своего хозяина приоткрыл, − сделала Мотька эффектную паузу.

— Я больше не сержусь. Говори.

— Вилсу Марго нравится. Но он прогоняет мысли о ней. Считает, что не имеет права желать невесту другого. А с Галией у него давняя и запутанная связь. Он ее любил когда-то. Но сейчас былых острых чувств к деканше точно не питает.

— Надо же, тебе удалось такое узнать. Скажи, а как так получилось, что фамильяр Вилса выболтал тебе его секреты?

— Могу же я для кого-то быть неотразимой, − довольно зажмурилась гиена.

Правитель приземлился на один из выступов во дворце, протянул шею в открытую дверь какой-то комнаты и без всякой любезности кинул нас с Мотькой на диван. Затем принял человеческий облик и шагнул внутрь.

Ух, как он орал!

Я же, повинуясь внезапному порыву, подскочила с дивана. Обняла Вилса.

Все-таки он мне жизнь спас.

— Я не помешал?

Так просто не бывает! Почему Дэймон оказался здесь именно в эту минуту?

— Совсем нет, − неожиданно весело ответил Вилс черному дракону.

— Аглая, что ты делаешь в долине Ледников? – требовательно спросил Дэймон.

— В гости зашла.

— А почему платье мокрое?

— С горы каталась.

— Аглая, − вмешался правитель белых драконов, − мой тигр отведет тебя в сушильню. Высохнешь и отправляйся домой. Я дам тебе провожатого.

— Я сам Аглаю переправлю, − заявил Дэймон.

Вилс с вопросительным интересом поглядел на черного дракона.