Книга Хит сезона, страница 91 – Мира Форст

— Как тебе моя коллекция? – вернулась Ульяна с подносом в руках.

— Так ты тоже собирательница? – по-настоящему удивилась девушка. Серьезная с виду Вейфер никак не ассоциировалась у нее с образом заядлой собирательницы фарфора.

— Еще какая, − с гордостью обозревала женщина свои керамические богатства. – Коллекцию родители начинали собирать, а мне передалась их страсть. Так как, тебе нравится?

— Красиво, − невольно втянулась Нани совсем не в ту беседу, на которую рассчитывала. – Но, знаешь, выглядит немного захламлено. У тебя все стоит бессистемно, посуда вперемешку с безделками. Это рассредоточивает внимание.

— А что? Это мысль! Спасибо, Нани, − поставила Ульяна чашки на стол и вазочку с печеньем. – А теперь угощайся и рассказывай, что у вас с Валентином приключилось.

Нани взяла и все выболтала. (Может, Вейфер ее загипнотизировала?).

— Бедная девочка, − с сочувствием произнесла женщина, дослушав историю до конца. – Даже не представляю, что ты пережила и переживаешь. Каждый год умирать в один и тот же день… Это очень страшно. И всего девять лет. Знаешь, Нани, ты просто обязана наизобретать чего-нибудь этакого и получить за свои изобретения марки.

Неужели ее мнение было ошибочным? – слушала кудесница теурга и все больше сомневалась в причастности Ульяны ко всем тяжким событиям. – Или Вейфер все же как-то воздействует на нее ментально, чтобы она так думала?

— Значит, ты подозреваешь меня в измене королю? – задумчиво посмотрела подруга Фоша на его суженую.

— Мне больше некого подозревать, − призналась Нани.

— Что ж, я уже убедилась в твоей преданности нашему общему знакомому, думаю, меня ты тоже не подведешь.

Кудесница не понимала, к чему клонит собеседница и молча ждала. Ульяна открыла секретер, извлекла из него шкатулку (к слову, деревянную), а оттуда пачку писем.

— Почитай, − передала она письма гостье.

Нани прочла не все. Когда девушка уяснила их содержание, то не стала открывать оставшиеся конверты. Ульяна поделилась с ней очень личной перепиской, к тому же непредназначенной для чужих глаз. Женщина выказала ей небывалое доверие, раз позволила увидеть строки, писанные самим королем.

Король любил Ульяну Вейфер, так же, как и она его. Меж ними длилась многолетняя любовная связь, которую они не могли обнародовать, так как король, еще до знакомства с Ульяной, связал себя узами брака. Брак оказался страшно неудачным, но расторгнуть его было невозможно.

— Теперь ты понимаешь, что я никак не могу быть причастна к свержению короля? – спросила Ульяна, убирая письма обратно в шкатулку. – Он любовь всей моей жизни.

— Вижу, я ошиблась, − с облегчением (все-таки Вейфер импонировала ей еще с первой встречи) произнесла Лавуан.

— Нани, ты должна знать и то, что я терпеть не могу мередианов, − с отвращением произнесла Ульяна. – Я была маленькой, когда их выселили из Королевства, но хорошо помню свой страх при виде монструозов на улице. Папа считал мередианов бесполезными трутнями, которые сами ничего не производят, а только пользуются чужими достижениями, да пожирают в больших количествах протеин. Я точно не тот человек, который желает их возвращения.

— И расу рептилий они погубили, − добавила Нани.

— Вот-вот. Хорошо, что Валентин попался в расставленные мною сети, − пошутила Ульяна. − Я ведь тогда вслепую действовала и даже не думала никого тянуть. Представляешь удивление моих родителей, когда из ниоткуда в доме появляется раненый чужак, да еще и с чешуей.