Книга Сводная не для меня, страница 16 – Тина Дорофеева

— Всех? – упираюсь локтями на колени и ерошу челку.

— Ну и за мной был грешок, – невинно оброняет Оскар, а я сильнее сжимаю кулаки, – да расслабься, мужик. Это было, когда только перешли в эту школу. Ну согласись она красивая девчонка, грех не подкатить.

— И?

— А что и? – Димон начинает громко ржать чуть ли не согнувшись пополам, пока Оскар продолжает рассказ, – она ни разу на свиданки даже не ходила. А меня прямым текстом послала, – я ещё тогда имел дурость папашей рисануться, что он у меня типа владелец банка. А она меня заткнула, что у неё отчим министр. Быстро охладился.

— Бородин только стал каким-то исключением, – продолжает моё просвещение Димон.

— Бородин?

У меня явно возникают проблемы с пониманием всей картины.

— Ага, Ника че-то там пыталась с ним замутить. Ой, да не зверей ты, – хмыкает Оскар, – новенькая вовремя появилась, Яр сразу на неё запал.

— Ну а дальше что? – мне важно узнать каждую гребаную деталь жизни принцессы до моего появления.

— А дальше появляешься ты, – вступает в разговор Димон, отлипая от подоконника, – и наша королева тает и начинает выдавать такое, что вся школа дыхание затаивает и начинает ставки делать, кто кого.

— Какие ставки?

Димон машет рукой.

— Да это так, для красного словца. Просто между собой обсуждают, одолеет ли тебя Ника. Ну это конечно битва века, ребята. Давно тут такого веселья не было.

— Нашли клоунов, – бурчу под нос.

— Да не, мужик, – меня хлопают по плечу, – я в хорошем смысле же. Ника сейчас прям огонь девчонка, – ощущение, что все вокруг спалит. Так что можешь гордиться собой, тебе удалось практически невозможное. Растопить Снежную королеву школы.

— Мне уже заказывать корону? – фыркаю в ответ.

— Я б на твоем месте уже заказывал, да, – хмыкает Оскар.

* * *

Спасибо большое за наградки: Валентина, Анастасия и Анастасия Толмач :*

Ника

Захожу в столовую, чтобы попробовать хоть что-то затолкать в себя из еды. В последние дни практически силой пихаю в себя хотя бы что-то съедобное и сама уже жду, когда наступит суббота, чтобы врачи начали разбираться с моим здоровьем.

Маме плевать, поэтому никто кроме меня обо мне не позаботиться.

Слышу, как меня кто-то окликает за спиной и оборачиваюсь.

Над ухом раздается шипение и в грудь врезается как минимум бронепоезд. Ребра соприкасаются с чем-то липким и мокрым.

— Упс, – по моей рубашке ползет мокрое пятно желтого цвета.

Стискиваю зубы и поднимаю глаза, напарываясь на холодный голубой взгляд. Антоша.

Кривлю губы.

— Капец. Увалень! – шиплю, оттягивая влажную ткань, неприятно липнущую к коже.

Прекрасно! На мне не только его сок, но и какой-то салат.

— Извини, – изгибает губы, но вот вообще не жалеет, – так неловко вышло. Хочешь одолжу тебе свою рубашку? А то замерзнешь, простудишься, а я виноват буду.

И тон такой, коварненький. Аж по спине холодок пробегает.

Пытаюсь сообразить в чем подвох, потому что ну совсем не похоже на него, чтобы он бросался на выручку после того, что мы друг другу понаделали с момента его прихода.

Хочу послать его в далекое пешее, но в последний момент меняю планы.

Поднимаюсь на носочки, потому что Антон долбаный баскетболист высотой с пожарную каланчу. И я дышу ему в грудь. А сейчас я хочу видеть его глаза, чтобы понимать его эмоции.