Книга Одноклассница. Я тебя ненавижу, страница 81 – Тина Дорофеева

Друг Кирилла только вздергивает брови и погружается в какие-то свои мысли.

Заходим в зал как раз в тот момент, когда на сцену выходит комиссия. Я хватаюсь за Кирилла, чтобы хоть как-то перебороть волнение.

Он прижимает меня к себе.

— Все будет хорошо, родная, – целует в висок, пока никто не видит, и это меня немного успокаивает.

Мне нравится, когда он рядом, я перестаю думать о проблемах и каких-то неприятностях.

Шарюсь глазами по людям в зале и облегченно выдыхаю, когда не вижу среди зрителей родителей. Видимо, как я и сказала, они уже успели смотаться по своим делам.

— Итак, – слово берет председатель комиссии и обводит нас всех внимательным взглядом, – мы посовещались и приняли решение. Оно было очень сложным, потому что каждый из вас, несомненно, очень талантлив. Но, как мы говорили ранее, мы сможем взять только пятерых.

Закусываю губу, пока перечисляют имена других учеников. Мысленно считаю их, и с каждым именем сердце начинает колотиться быстрее.

— И последняя девочка, вошедшая в перечень учеников, – это… – пауза, от которой хочется вцепиться в волосы и взвыть, – так, секунду, что-то я не написала…

Слышен шелест листов, которые она перебирает, пока ищет то самое имя. В зале повисает абсолютная тишина. Нахожу взглядом своего преподавателя и вижу, как сильно она стискивает полы пиджака.

С моего места кажется, что она не дышит.

Хотя я тоже перестаю дышать от волнения. Хочется, чтобы поскорее уже сказали имя этой девочки, и очень хочется, чтобы это было мое имя.

Да, я эгоистка… и мне важно, чтобы сейчас я оказалась не за бортом. Только так я смогу убедить родителей оставить меня тут…

— О, вот же, прошу прощения. Так, – поправляет очки, – Малинина Екатерина, скрипка.

Моргаю несколько раз. Внутри взрывается радость, и я держусь из последних сил, чтобы не завизжать на весь зал.

Правда? Серьезно?

Ответом служат крепкие объятия Кирилла.

— Поздравляю, родная.

Вцепляюсь в его руку и выдыхаю. Боже, я это сделала! Я сделала!

Рядом со мной довольно взвизгивает Витка и подруги. Сестра начинает тянуть меня на себя.

— Дай сюда, ты не один.

Тут же оказываюсь в её руках и смеюсь.

С облегчением. С радостью.

Преподаватель встречается со мной взглядом и показывает большие пальцы.

— О боже, я это сделала, – успокаиваю взбесившийся пульс.

Пока идем на выход, стараюсь не смотреть на расстроенных учеников, которые не попали в число счастливчиков.

Да, мне их жаль, но я рада, что я в деле.

— Тебе не надо больше ничего тут узнавать? Уточнять?

Кирилл переплетает наши пальцы и притягивает меня поближе. Удивленно выгибаю брови.

— Например?

Пожимает плечами.

— Ну, не знаю. Может, какой-то контракт подписывать.

Смеюсь.

— Нет, дальше все будет делать преподаватель, мне потом все объяснят и расскажут.

— Хорошо.

Выходим на улицу.

Сзади слышны голоса Ритки и Арса. Снова что-то пытаются выяснить. Рядом Витка довольно жмурится, смотря на небо.

— Горжусь тобой, систер. Ты большая молодец.

— Да уж, – хмыкаю, – я была уверена, что я в пролете.

В меня упираются два возмущенных взгляда с двух сторон. Кирилла и сестры.

— Это с чего бы? Ты талант, и с этим не поспоришь. Видишь, на высшем уровне тебя признали.

Закатываю глаза и получаю тычок в бок, от которого складываюсь пополам.

— Эй, аккуратнее можно? Ты все же спортсменка, а я музыкант.