Книга Зов лисы, страница 81 – Валерий Горшков

Записи могли пригодиться и для другого: на них можно было документировать происходящее, чтобы потом поделиться им с отцом, если у того вдруг каким-нибудь чудом прояснится сознание. Или же дать послушать маме в случае настоящего чуда её возвращения. Кто знает, может, она и правда потеряла память и жила все эти годы где-нибудь в другом городе, как тот мужчина, о котором рассказывал инструктор в петрозаводском штабе «ЛизаАлерт».

Я чувствую пропавших. Не как экстрасенс в багажнике машины, а скорее как… Что-то постороннее в глухом фоне леса. Это не предчувствие и не интуиция. Под землёй будто физически что-то есть — магнитная аномалия или что-то ещё.

В тайге я понимаю, куда нужно идти, чтобы найти некоторых пропавших. Думаю, то же ощущение влечёт и их, но не в какое-то конкретное место… Трудно объяснить, это воспринимается как направление.

Кажется, всю Карелию пересекает невидимая линия, на пути которой звуки глохнут, ощущение температуры притупляется и даже свет как будто становится тусклее. Я назвала это «немым путём».

Не знаю, куда и откуда он ведёт, по карте линию можно продолжать до бесконечности, но она пересекает Калмаранту прямо по нашему дому и совпадает с тремя точками — местом, где нас с отцом обнаружили двенадцать лет назад, зоной, которую отец обозначил в своих заметках для поиска пропавшей мамы, и точкой, указанной шаманом как проход в мир мёртвых.

Я пытаюсь мыслить рационально, но это трудно. Может, и правда здесь какая-то геология, что-то связанное с магнитосферой, полюсами Земли? Говорят, гул северных сияний может заставить человека блуждать по тундре, вдруг тут что-то подобное?

Тогда моя мама не просто исчезла, изучая легенды, а стала жертвой какого-то сложного природного явления, как те, кто кружат по лесу сейчас? Просто её не нашли. А отец не бредил — пытался изучать реальную геологическую аномалию, которая заставляет людей плутать, стрелки компасов сходить с ума, а радио сбоить помехами, собирая посторонние сигналы в кашу?

Пусть будет так, потому что если это не природное явление, то не только мои родители сошли с ума, но и я сама. А я не сошла. Я адекватная.

К вечеру озеро вновь выплеснулось за пределы берегов густым туманом, напитывая прохладной влагой Калмаранту. Агата неспешно шла по Райпо к Сювеярви, толкая перед собой коляску с укутанным в плед отцом. Его глаза скользили по низким заборчикам, серым бревенчатым стенам старых домов, ярким, обшитым сайдингом новостроям, клумбам и кустам, но не задерживались ни на чём.

Никакого интереса к прогулке он не проявлял. Пройтись было полезно скорее для Агаты. Она уже не могла находиться взаперти наедине со своими мыслями. Ощущение запутанности больше не хватало сил игнорировать. Внутренние рассуждения сцепились друг с другом в колесо, и теперь Агата крутилась внутри его, повторяя один и тот же цикл выводов, чередуя рациональные, потусторонние и безумные.

Пока не находилось ни одного уверенного доказательства хотя бы какой-нибудь версии, способного раз и навсегда расколоть этот изнуряющий эмоционально и физически круг.

В безуспешной попытке прочистить голову Агата уже дважды добиралась до Школьной улицы и разворачивалась обратно. Но как она ни силилась, мысли вновь и вновь возвращались к маме, непостижимым трансляциям «УВБ-76», «немому пути».