Книга Арктическое зло, страница 249 – Джим Чайковски

И все-таки Грей понимал, что спокойствие Сейхан обусловлено не только укреплением положения «Сигмы». После смерти Михайловой и разгрома ее организации Сейхан перестала повсюду мерещиться опасность. Они неоднократно это обсуждали – как правило, в постели, в темноте, когда проще обнажить свое сердце. Прошлое в «Гильдии» оставило на Сейхан глубокие шрамы. Полностью они не заживут никогда, но наконец бесследно сгорели до конца последние обломки преступной организации, эти черные тени, маячившие позади, олицетворением которых были Михайлова и ее группа, и теперь Сейхан чувствовала себя более свободной, способной залечить старые раны. Может быть, не полностью, но в достаточной степени.

Подойдя к Грею, Пейнтер Кроу положил руку ему на плечо.

— Не знаю, будет ли тебе приятно услышать это сейчас… Час назад пришли новости из России.

Грей нахмурился, встревоженно, но радуясь возможности отвлечься.

— Что случилось?

— Архиерей Сычкин повесился в тюремной камере. Его труп был обнаружен сегодня утром.

Грей молча кивнул, нисколько не удивленный, а лишь расстроенный. Мерзавец заслуживал долгих страданий, но все же мир стал лучше, когда он перестал отравлять воздух. Грей подозревал, что Сычкин прибегнул к оружию Судного дня, превратив в пепел Гиперборею, вовсе не ради того, чтобы упрочить позиции России в Арктике, – архиерей попытался положить конец своим собственным мучениям, забрав с собой как можно больше народа.

«Умер в одиночестве в своей камере?»

Это еще можно было как-то пережить, особенно с учетом того, к каким долгосрочным последствиям привел эгоистичный поступок Сычкина. Грей видел снимки последствий ядерного взрыва. Тепловая энергия и радиоактивное заражение местности растопили лед в радиусе многих миль от эпицентра. Скалы обрушились, погребя все то, что оставалось от древнего народа.

И все же ученые всего мира изучали видеозаписи подземного города, сделанные Джейсоном. Точно так же с новой силой пробудился интерес к изучению генетических особенностей гренландских китов, обуславливающих необычайную продолжительность их жизни. Что же касается плотоядных растений, вряд ли они уцелели в горниле ядерного взрыва, но до тех пор, пока все не остынет, выяснить это на месте не представлялось возможным.

Грей поинтересовался, когда это можно будет сделать.

— Есть какие-либо новые данные об уровне радиации на месте взрыва?

— Он будет оставаться высоким еще много лет, – вздохнул Пейнтер. – А последствия для окружающей среды окажутся еще более долгосрочными. Однако, поскольку спутник НОАА записывал все происходящее и транслировал это на весь мир, русские выразили готовность к сотрудничеству. По крайней мере, это проявилось в отношении другого объекта.

— Какого? – вопросительно посмотрел на директора «Сигмы» Грей.

— Золотой библиотеки – или, по крайней мере, того, что от нее осталось. Россия открыла свои двери для исследователей со всего мира, в том числе из Ватикана. Вероятно, в надежде добиться ответных шагов от Святого престола.

— Отец Бейли получил возможность вернуться туда?

— Пока что нет. – Пейнтер опустил взгляд. – И я сомневаюсь в том, что он этого захочет. Там слишком много призраков. К тому же у него еще продолжается реабилитация. Ему здорово досталось.

— Понятно… – Грей поспешил сменить тему: – Я слышал, капитана первого ранга Турова произвели в контр-адмиралы и назначили новым командующим Северным флотом.