Книга Волна огня, страница 175 – Джим Чайковски

— Митохондриальная Ева, – кивнул Хэн. – Я помню это по своим вводным курсам биологии.

— Женщина, которую установили биологи, по всей видимости, прибыла из Африки.

— Это то, чему меня учили, – подтвердил Хэн.

— Но на этом история не заканчивается. – Кадир Нумери обвел взглядом собравшихся на камбузе. – Спустя годы и Уилсон, и Канн опровергли свои аргументы. Это случилось после того, как они приехали в Австралию и изучили митохондриальную ДНК сотен тамошних аборигенов. Результаты поразили их настолько, что они отказались от основного тезиса своей предыдущей статьи и пришли к решительному выводу, что прародина Homo sapiens – в Австралии, а не в Африке. Перефразируя признание Канна, митохондриальная ДНК отодвигает происхождение человечества гораздо дальше и указывает на то, что австралийские аборигены появились четыреста тысяч лет назад.

Директор музея дал им время переварить эту информацию.

— Почему мы ничего об этом не слышали? – наконец спросил Хэн.

Кадир пожал плечами:

— С тех пор – и вплоть до сегодняшнего дня – собраны свидетельства генетических аномалий и археологические датировки, которые не имеют смысла. Все это еще больше опровергает общепринятую версию нашего происхождения. Даже в той первой статье Уилсона и Канна четко говорится, что Африка, вероятно, была родиной митохондриальной Евы. Это никогда не было уверенным утверждением. Но как только эта теория утвердилась в камне, она стала непоколебимой. Даже когда те же самые биологи позже опровергли ее, их мнение проигнорировали.

— Если эти ученые были правы, – сказал Грей, – тогда, возможно, нам следует рассмотреть мифы о Радужном Змее в новом свете, тем более что их бог тесно связан с историями их происхождения.

Директор музея кивнул:

— Совершенно верно. Читая эти старые документы, я заметил много общего между событиями, описанными сэром Раффлзом, и мифами о Радужном Змее.

— Что именно? – уточнил Сюэ.

— Согласно легенде, Радужный Змей мог появляться во многих формах и во многих местах, часто в одно и то же время.

— Значит, это была не одна сущность, – сказал Грей, – а целый легион. Возможно, новый вид.

— Да, но, несмотря на все вариации, в этих историях есть общая нить. Упоминание огромной одинокой змеи, дремлющей глубоко под землей, чьи Сны сотрясают мир.

Грей повернулся к Сюэ.

— Звучит почти как описание обломков Тейи, погребенных в верхнем слое мантии Земли.

— И когда этот огромный змей гневается, он вызывает огонь и наводнения.

Кадир Нумери перевел взгляд вверх, на пылающий снаружи мир.

— Вы уже упомянули, что Радужный Змей – или, по крайней мере, его меньшие множества – были способны перемещаться от водопоя к водопою под землей, от одного тонкого места к другому, принося разрушение или спасение. Копнув глубже в те же самые истории, можно найти более конкретное описание его действий.

— Например? – спросил Грей.

Кадир Нумери повернулся к нему:

— Когда Змей кого-то наказывает, он проглатывает его целиком, переваривает его кости и выплевывает их в виде камня.

Сюэ нахмурил брови:

— Это похоже на вызывающий окаменение токсин.

— Во время этого процесса, – продолжил Кадир Нумери, – он закладывает в тело крошечные семена самого себя. Маленькие радуги, как их называют, могут расти в этом камне и возрождаться заново, унося душу страждущего к спящему под землей великану, где она присоединяется к Сну и вновь живет вечно.