Книга Павшая луна: комплект из 2 книг, страница 647 – Джим Чайковски

Никс кивнула Шийе. Бронзовая женщина склонила голову, а затем подняла лицо к небу. В горле у нее зародилось негромкое гудение, разогревая бронзу. Шийя поддержала эту ноту и наложила сверху другие, подстраиваясь к ней. И все же крепко держала этот напев в себе, отказываясь выпускать его наружу.

«Еще не пора», – мысленно воззвала Никс к самой себе.

Шийя уже проделывала нечто подобное еще в Кефте – когда выпустила из себя золотую волну, которая пронеслась во всех направлениях, выискивая любые скрытые угрозы на окрестных улицах. Никс намеревалась попробовать то же самое и здесь. Но расстояния перед ними были слишком велики для одной только Шийи.

Никс позволила своим векам закрыться, отгораживаясь от всего окружающего, и присоединила свой голос к голосу Шийи, напевая вместе с ней и ощущая рядом с собой свечение бронзы – свою призрачную спутницу. Вместе они довели этот свой напев до крещендо, но все еще держали его взаперти.

«Еще не пора…»

Никс слепо протянула руку – не к светящемуся призраку рядом с ней, а к другому.

Даал взял ее за руку. Когда их ладони соприкоснулись, между ними вспыхнул огонь, но это была не та взрывная сила, что способна немедленно разорвать хватку. Это было пламя кузнечного горна, сплавляющее два металла в один. Она перетекла в Даала, а он – в нее.

Они крепко сцепили пальцы.

Безостановочно черпая силу из его источника, Никс уже с трудом удерживала этот поток в узде. Ее тревога и страх требовали большего, но она подавила их. Напитавшись пламенем Даала, разожгла свой напев еще ярче. И прямо через воздух, выпустив из себя золотые нити силы, поделилась этой силой с Шийей. Вместе они позволили своей песне разрастись, разжигая в ней пламя до тех пор, пока оно не полыхнуло ослепительной вспышкой.

Даал рядом с ней ахнул. На миг Никс увидела все происходящее его глазами. Шийя сияла рядом с ней, как факел, едва не ослепляя глаза. Сама она светилась почти так же ярко. Это видение промелькнуло и исчезло, но все же осталось выжженным в глубине ее глаз.

Никс все позволяла этому огню проходить сквозь них троих. От Даала к ней, от нее к Шийе.

Каждый вдох, словно кузнечные мехи, раздувал его все ярче. Каждое удар сердца нагнетал все больше силы. Она терпела до тех пор, пока больше не могла сдерживаться. И дала знать Шийе и Даалу.

Пора!

Никс и сама поразилась мощи этого приказа, но не смягчилась и не дрогнула. Открыла свое горло и сердце и выпустила золотую волну. Шийя сделала то же самое.

Пока эти их волны раскатывались по скалам Пасти, поднимаясь и опадая, обе они вместе нашли единый ритм. Шийя наполнила долину Никс своей песней; Никс сделала то же самое с ее. Возникшая было от этого наложения рябь разгладилась, а их напевы, обретя гармонию, слились в один грандиозный золотой прилив.

Подхваченная этой волной, Никс покатилась вместе с ней, стремительно растекаясь по всей ее поверхности.

Она прицелилась в ту часть пропасти, на которую указывал Грейлин. И волна ударила именно туда, омывая каньоны, распространяясь по соседним ущельям и трещинам, затопляя устья пещер.

В этот момент ничто не могло от нее укрыться.

Те призрачные деревья, которые Никс заметила ранее, оказались живыми, стирающими грань между камнем и плотью и мало чем отличающимися от кораллов. Она ощутила целые колонии крошечных, покрытых оборками существ, заключенных в эти каменные скелеты и питающихся расплавленными минералами и серой в воздухе.