Книга Павшая луна: комплект из 2 книг, страница 509 – Джим Чайковски

Ее нежелание смотреть по сторонам было вызвано не только воспоминаниями о той кровавой ночи. Дело было в накрытых водорослями мертвых телах, аккуратно уложенных вдоль берега. Некоторые из них уже перевезли в гавань, готовясь к погребению в море, для чего была заготовлена целая флотилия лодок. Часть все еще раскрашивали чернилами – их холодная бледная кожа болезненно блестела, испещренная надписями и рисунками, нанесенными теми, кто их любил.

Никс примечала и прищуренные глаза, нацеленные в ее сторону, слышала тихое бормотание. Многие голоса были обострены гневом.

Викас держалась поближе к ней.

Даал поторопил их, явно ощутив враждебность, которая, похоже, лишь неуклонно росла. Обида и горе были готовы в любой момент вылиться в насилие. Единственной причиной, по которой такого до сих пор не произошло, наверняка была постоянная поддержка Рифового Фарера, оказываемая пришельцам. А еще, пожалуй, опасливое благоговение перед Шийей, которая, подобно богине, поднялась из моря и рассеяла тучи рааш’ке.

«Но долго ли еще продержится это хрупкое равновесие?»

Рифовый Фарер предложил, чтобы кто-нибудь из их группы сопроводил похоронную флотилию до островного городка Кефта, а затем до того участка моря, где обитатели Приюта опускали своих усопших в воду. Берент считал, что такой поступок – присоединиться к церемонии, разделить общее горе – мог бы помочь группе Никс сблизиться с обитателями деревни.

Звучало это вполне разумно. Однако когда Никс смотрела на тела, которые опускали в лодки, ее терзали чувство вины и сомнения, хотя она и была уверена в одном: «Это не я отправлюсь с ними». Такая поездка оказалась бы чересчур болезненной.

Даал заметил направление ее взгляда и прижал три пальца ко лбу – знак скорби.

— Они скоро отправятся к ошкапирам… Сновидцам, таящимся на дне морском.

Хенна тоже таким же образом коснулась своего лба.

Слова Даала встревожили Никс. Шаги ее замедлились. Викас даже натолкнулась на нее и отступила назад. Никс уставилась на Даала. Он уже вроде как что-то говорил про этих Сновидцев, еще когда они только встретились. В какой-то связи с Баашалийей.

Даал нахмурился через плечо, когда заметил, что она отстает.

— Никс?..

Она прищурилась, почувствовав что-то важное.

— Даал, ты уже упоминал об этих Сновидцах. Ты сказал, что почувствовал, будто Баашалийя «спит и видит сны», как и они. Что ты имел в виду?

Даал дважды сглотнул и отвел взгляд. Потер запястье, на котором алел длинный шрам. Никс заметила бледную версию этого шрама и на другом его запястье. Рука Даала поднялась и машинально коснулась шеи, привлекая ее внимание к еще одной отметине на ней.

— В чем дело, Даал? – надавила она на него.

— Это совершенно ничего не значит, – пробормотал он.

Никс схватила его за руку, пытаясь привлечь его внимание. И одно лишь это прикосновение отозвалось в ней волнами огня. Она отдернула пальцы. Отступила на шаг. Грудь ее тяжело вздымалась, как будто ее тело все еще пыталось вдохнуть исходящий от него жар.

«Нет…»

Тем не менее при этом кратком контакте Никс пробудила в Даале глубоко укоренившийся страх, передавшийся и ей. Она ощутила, как ее затягивает в холодные, темные морские глубины, мельком заметила хвост Неффы, а затем, еще более мимолетно, некое золотистое сияние, теплящееся где-то далеко внизу. Но всепоглощающим ощущением от всего этого был чистый ужас.