Книга Павшая луна: комплект из 2 книг, страница 342 – Джим Чайковски

Осторожно сняв голову Аамона со своих коленей, Никс поднялась на ноги, желая удостовериться в том, что никакой ошибки не будет. Подойдя к летучей мыши, она подняла руки.

— Это Баашалийя.

Не все лица смягчились от этого разъяснения.

Канте первым приблизился к Никс. Подняв брови, он окинул взглядом ее спутника и пожал плечами.

— Должен сказать, он успел немного подрасти.

Земля снова содрогнулась.

— Всем на борт, быстро! – шагнул к Никс Грейлин.

Девушка остановила его.

— Подождите. Аамон… он… – Она посмотрела на Грейлина, не зная, сможет ли подобрать нужные слова. – Я не оставлю его здесь.

Подойдя к варгру, Грейлин увидел кровь, пропитавшую насквозь шерсть, неестественно подвернутые лапы. Лежащий на боку Аамон также увидел своего хозяина и слабо пошевелил передними лапами, словно собираясь вскочить и бежать ему навстречу.

Грейлин бросился к нему, спеша его успокоить.

— Аамон… – В его сдавленном голосе прозвучала боль.

— Не беспокойся! – подошел к ним Дарант. – Мы перенесем его на борт.

В качестве носилок было использовано одеяло. Аамона понесли на корабль, Никс шла рядом с ним с одной стороны, Грейлин – с другой.

Баашалийя следовал за ними, ковыляя на крыльях и задних лапах.

Дарант скептически оглянулся на летучую мышь, но Никс махнула рукой, успокаивая его. Все забрались в темный трюм. Недовольный теснотой, Баашалийя выбрался обратно наружу и взмыл вверх, очевидно, больше доверяя крыльям.

Как только все поднялись на борт «Пустельги», под днищем снова заработали горелки. Судно взмыло вверх, оставив позади разрушенную Далаледу. Словно дождавшись его отбытия, земля содрогнулась, разрывая пополам остатки каменной площади. Обвалились стены. Рухнули ворота. Стоящие вертикально камни погрузились в землю, словно корабли, тонущие в шторм.

Но «Пустельга» уже вошла в пелену облачности, а еще через какое-то мгновение вынырнула навстречу яркому солнечному свету. Стоя у открытого кормового люка, Никс всмотрелась в небо и наконец увидела знакомый черный полумесяц, летящий следом за быстроходником.

Удовлетворившись, она повернулась к двум фигурам, склонившимся над носилками.

Грейлин стоял на коленях у своего умирающего брата. Кальдер обнюхал Аамона, ткнулся в него мордой, после чего улегся рядом, прижимаясь. Никс отступила в сторону, рассудив, что ей лучше не вмешиваться.

Заметив ее, Грейлин поднял было руку и тотчас же снова уронил ее, не решаясь заговорить. Шагнув к нему, Никс опустилась на корточки. Они с Грейлином взяли в руки голову Аамона. Измученный варгр закрыл глаза. Дыхание его замедлилось.

— Он… он был такой… глупый, – пробормотал Грейлин.

Потрясенная Никс оглянулась на него, но он печально улыбнулся, и в глазах у него блеснули слезы.

— Я пытался его учить… – Грейлин покачал головой. – Кальдер все схватывал на лету. Но Аамон… он предпочитал плескаться в ручье вместе с форелью, обнюхивать кусты, носиться за всем, что блеяло или пищало. Он вел непрекращающуюся войну со стрекачами в моей хижине, которые раздражали его своим стрекотом.

Никс попыталась представить себе своего мужественного заступника таким беззаботным. Закрыв глаза, она нашла его сердце и положила руку ему на мохнатую голову. Девушка начала напевать, тихо, едва слышно, – лишь сияние теплого летнего дня. Она ветерком пронеслась по лесу, шурша листвой, напевая о каплях росы на траве, об игре солнечных зайчиков на поверхности ручейка. Эти нити проникли сквозь окровавленную шерсть, пройдя мимо почти утихшей боли.