Книга Павшая луна: комплект из 2 книг, страница 181 – Джим Чайковски

За гулким стуком своего сердца, под нависшей смертельной угрозой Никс перестала слышать рычание и вой идущих по следу филасозавров. Только сейчас она услышала завывания свирепой стаи, почуявшей запах близкой добычи.

Широко раскрыв глаза, Канте обвел взглядом своих спутников.

— Подождите! – только и вымолвил он.

Торжествующие крики охотников становились все более громкими, более возбужденными, доносясь отголосками со всех сторон. Однако услышали их не только Никс и ее спутники. Над головой пронеслись тучи визглявок, устремляясь к ревущей стае, готовые жалить непрошеных гостей, каждая мечтая о том, чтобы первой отложить яйца в новые теплые гнезда. На краткое время небо над рекой потемнело от сплошного облака крылатых тварей, спешащих вниз по ущелью.

Никс с опаской присела в воде, провожая их взглядом. Наконец воздух над рекой очистился от жужжащих крыльев. Последние замешкавшиеся визглявки пронеслись, догоняя своих собратьев. Кое-кто из них свалился в поток – по-видимому, слишком старые и обессиленные, чтобы представлять серьезную опасность.

— Теперь можно, – сказал Канте.

Все выбрались на берег. Промокшая насквозь одежда стала тяжелой, с каждым шагом проливая струи воды.

Принц оглянулся назад.

— Никогда я еще так не радовался тому, что за мной охотятся!

— И все равно нам нужно поторопиться, – предупредил Фрелль. – И помните о том, о чем я говорил.

Беглецы двинулись дальше, теперь уже не беспокоясь о том, чтобы соблюдать тишину. Тявканье и рычание филасозавров заглушали звук хрустнувшей под ногой ветки или свалившегося камешка. Путники шли вперед, и вскоре торжествующее рычание сменилось жалобным завыванием, проникнутым болью. Никс представила себе поджарых животных, облепленных сплошным слоем визглявок, жалящих, кусающих, пронзающих яйцекладами и откладывающих свое потомство. Ее захлестнуло чувство жалости, особенно после того, как она вспомнила несчастного карликового оленя.

«Ни одно живое существо не заслуживает такой ужасной участи…»

Поглощенная тем, что осталось позади, девушка наткнулась на остановившегося алхимика, шедшего впереди. Она отпрянула назад, но Фрелль оттолкнул ее еще дальше.

Никс поняла, в чем причина этого внезапного отступления.

Впереди лес обрывался, открывая участок стены ущелья с зияющим в ней входом в большую пещеру. Казалось, к этому отверстию вел тоннель из веток, опутанных серебристой паутиной.

Из пещеры на длинных сочлененных ногах выбрался ее обитатель. Он был размером с буйвола, с пластинами панциря на спине. Существо тащило за собой большое раздутое брюшко. На треугольной голове шевелились усики, ощупывая воздух впереди. Усики заканчивались глазами, похожими на многогранные черные бриллианты.

Существо приподняло переднюю часть туловища, щелкая острыми челюстями. Оно выползло на тропу, преграждая беглецам путь.

Застонав, Фрелль попятился назад.

— Это матка визглявок!

Канте позволил своим спутникам отступить назад. Он понимал, что у них есть только одна дорога, один путь.

«Прямиком через это окаянное чудовище».

Припав на колено, принц приготовил лук и положил стрелу на тетиву, борясь с ужасом, который внушал ему вид жуткого существа. Наполовину паук, наполовину шершень, оно было похоже на творение черной алхимии, извлеченное из склепа Ифлеленов, а может быть, на демона, вызванного их богом тьмы Дрейком. Огромная тварь грозно зашипела на незваных пришельцев, испуская из пор на маслянистых боках какой-то зловонный газ. Канте не мог сказать, ядовит ли этот газ, но от него исходил смрад гниющих внутренностей раздувшегося на солнце трупа.