Книга Ледяная колыбель, страница 427 – Джим Чайковски

Закладывая разворот, чтобы приземлиться возле дома Даала, Никс заметила Хенну, которая носилась посреди стайки молодых летучих мышей размером не больше ворон. Те разбегались от нее, пища в игривом восторге. А затем девчушка разворачивалась и бежала в другую сторону, преследуемая той же стаей.

Улыбнувшись этому невинному восторгу, Никс подумала, что именно самая маленькая из их компании установит самую крепкую связь.

«Дайте только время…»

Даал приземлился на окраине Искара. Никс тоже опустилась на песок, но держалась на расстоянии от него. После всего, что произошло, Баашалийя по-прежнему вел себя несколько возбужденно.

Хенна заметила своего брата и бегом бросилась к нему, увлекая за собой множество крошечных летучих мышей. Большинство ран малышки затянулись и быстро заживали, хотя и далеко не все. По словам ее матери, Хенну все еще мучили кошмары и она настаивала на том, чтобы спать в родительской постели.

Стремясь поскорей добраться до брата, девчушка пробежала слишком близко от Никс, и та сразу ощутила огненную вспышку внутри Баашалийи, когда он щелкнул зубами на миновавшую их крошечную летучую мышь, едва не зацепив ее за крыло и заставив в панике порхнуть прочь.

«Баашалийя, нет…»

Никс провела пальцами ему по холке, согревая остывшее было свечение уверенного спокойствия в нем и притушив эту вспышку огня. Та была золотистой, но на миг ей показалось, будто она заметила в ней изумрудные прожилки. Хотя так и не поняла, было ли это на самом деле.

Даал обеспокоенно глянул на нее.

— С ним всё в порядке, – сказала Никс. – Просто ему слишком многое довелось вынести.

Напрягшиеся было плечи Даала расслабились – он доверился ее суждению. Хотелось бы и ей быть столь же уверенной в своей собственной оценке… Они спешились и направились к дому. Поравнявшись с Даалом, Никс вложила свою руку в его.

Полыхнул огонь, еще теснее соединяя их пальцы.

На данный момент они позволяли себе лишь такие прикосновения. Она помнила их поцелуй там, под куполом, но после суматохи их возвращения, растянутые в разные стороны, оба воздерживались от попыток дальнейшего взаимопознания в этом смысле.

Даал покосился на нее, и легкая улыбка тронула его губы. Никс уже и забыла, что в такие моменты, слившись с ней воедино, он мог заглянуть ей прямо в душу.

Он сжал ее пальцы, еще сильней разжигая огонь между ними. И в этот миг она ощутила его желание – то, как участилось у него дыхание, как расширились зрачки, как разгорелась кровь. Но уловила и его сдержанность, внутреннее спокойствие, противостоящие страсти, – кладезь терпения, который и согревал, и слегка раздражал ее.

Его улыбка стала только шире.

Никс почувствовала, как у нее горят щеки.

Хенна ворвалась между ними, расталкивая их в разные стороны. Пара ярких осветительных горшков впереди приветствовала их появление. Однако радость девчушки была вызвана не возвращением сюда, а тем, кто их там ждал.

— Кальдер, гадкий ты мальчик! – крикнула она, подбегая к дому.

Услышав их приближение, варгр наполовину высунулся из дверного проема и зарычал. Но тут заметил несущуюся к нему Хенну. Глаза у него расширились. Он выглядел испуганным.

Хенна стремглав бросилась к нему, обвила руками за шею и закинула ногу ему на спину.

— Возвращайся в дом, непослушный мальчишка! – отчитала она его.