Книга Не верь никому, страница 13 – Джим Чайковски

Шерин посмотрела на него внимательнее:

— Откуда вы знаете, что я выбрала его для…

Дункан остановил ее, подняв руку:

— Люди любят поговорить. Особенно после пары пинт в «Баране».

Она печально покачала головой. «Баран» был студенческим пабом и управлялся университетом. Наоми и Тэг пару раз пытались заманить ее туда, но запах пролитого эля, громкий смех и пьяные возгласы отзывались не самыми приятными ассоциациями. Так что в «Баране» она побывала лишь однажды для участия вместе с группой в викторине. Увы, они проиграли команде Дункана, которая потом вела себя в пабе так, словно заведение принадлежало им. Позже, уже изрядно подвыпив, Дункан попытался загладить вину, угостив всех участников. Тэг прокомментировал эту щедрость после первого глотка: «Никогда еще „Гиннесс“ не был таким горьким».

— Так вы тоже работаете над статьей о Джоне Ди? – полюбопытствовала Шерин. Этот ученый-энциклопедист XVI века уже успел ее очаровать. Ди не только служил советником у королевы Елизаветы I, но также исполнял обязанности придворного астронома и математика. Помимо этого, он живо интересовался алхимией, прорицательством и астрологией. На пересечении науки и магии мало кто мог сравниться с ним в приверженности этому делу. – И какой же у вас подход к заданию?

Дункан подошел на шаг ближе.

— Я изучаю науку шифрования и использования шифров как для сокрытия, так и для усиления мистицизма оккультных знаний. Говорят, у Ди была копия манускрипта Войнича со всякими странными рисунками и непонятным языком. Хотя этот факт остается спорным, достоверно известно, что он владел копией «Книги Сойги», латинского текста о магии шестнадцатого века, большие части которого до сих пор остаются глубоко зашифрованными. В коллекции Британской библиотеки находится одна из всего двух сохранившихся копий этого мистического труда.

Шерин посмотрела на пакет в руке Дункана:

— И вам ее выдали?

— Мне? Вот уж нет. Но прислали фотографии нескольких важных страниц. Криптография всегда меня интересовала. Степень бакалавра в Оксфорде я получил, занимаясь разработкой кибербезопасности и защиты информации. Специализировался на искусственном интеллекте и цифровом шифровании.

Шерин недоуменно наморщила лоб:

— Имея такую степень, зачем вам поступать на эту программу?

Дункан фыркнул, и в этом звуке прозвучала горькая нотка:

— Мой отец – он работает в банковской сфере – задавал тот же вопрос. Ему, конечно, больше нравилась практическая сторона моих оксфордских занятий. – Он пожал плечами. – А когда узнал о моей заявке в аспирантуру, пригрозил лишить наследства. И, не исключено, так и сделает.

Это Шерин могла понять – ее мать говорила примерно то же самое.

— И все же вы приехали сюда. Почему?

Дункан взглянул на часы на стене:

— Длинная история. Слишком длинная, чтобы излагать ее сейчас. Как вы уже сказали, библиотека скоро закроется.

Шерин состроила гримасу, понимая, что в ее распоряжении в лучшем случае осталось минут пятнадцать, и вернулась к камере и раскрытой книге. Осторожно касаясь страниц тщательно вымытыми пальцами, она поправила их положение. В отличие от многих учреждений, в Старой библиотеке перчатки были запрещены на том основании, что они ослабляют тактильное ощущение и таким образом причиняют вреда больше, чем предотвращают.