Книга Егерь. Последний рывок, страница 39 – Николай Скиба

Давление исчезло.

Плотная сеть, которую Паучиха плела над Железноградом, разом лопнула — тысячи нитей по всему городу одновременно рассыпались в прах.

Где-то на рынке у лотка с рыбой торговец вдруг остановился и уставился в одну точку, не понимая, почему только что думал не своими мыслями. В казармах гвардеец опустил алебарду и обнаружил, что не помнит последние три месяца. В Нижнем городе девочка-подросток упала на колени посреди улицы и начала рыдать, не зная почему.

В Малом зале зашевелились люди. Те, кто чудом остались в живых.

Советники поднимались с пола — кто на четвереньках, кто, цепляясь за опрокинутые кресла. Кто-то скулил, прижимая ладонь к глубокой ране на боку. Кто-то просто сидел и смотрел на свои руки, не узнавая их. Морок спал, оставив после себя растерянность и боль.

Король Аларих медленно поднял голову.

Его зрачки сузились, реагируя на свет. Паразитический туман окончательно слез с разума монарха, и реальность ударила его наотмашь. В нос шибанула густая вонь вскрытых внутренностей и кислоты.

В метре от него лежала Изольда.

Точнее, то, что от неё осталось. На залитом кровью мраморе валялась изуродованная туша. Вывихнутая челюсть разорвала кожу щёк изнутри. Костяные шипы вместо изящных пальцев намертво встряли в мрамор. Но на ней всё ещё были обрывки её любимого платья.

Дыхание Алариха сорвалось. Его взгляд в панике метнулся выше.

Драконоборец стоял, тяжело опираясь на окровавленное копьё. Его левый бок превратился в кровавое месиво. Каждый вдох ветерана сопровождался влажным свистом пробитого лёгкого. На губах старого солдата пузырилась кровь. Он смотрел на своего короля с бесконечной, смертельной усталостью.

Рассудок Алариха, только что переживший ментальный плен, просто не справился с картиной. Он отказывался понимать, что здесь произошло. Увидел лишь мёртвую жену и человека с окровавленным оружием над ней.

Пальцы короля вцепились в края изрубленной мантии. Губы задрожали.

— Измена, — просипел он. Голос сорвался, и следующие слова вышли истеричным криком, который эхом ударил в разбитые своды зала: — Ты убил её, Драконоборец!

Иван проигнорировал вопль монарха.

Ветеран упирался подкованными сапогами в залитый скользкой кровью мрамор. Тяжёлое древко копья служило ему третьей ногой. Пробитое лёгкое забирало воздух — с каждой секундой всё больше. С подбородка капала густая сукровица. Старый солдат сосредоточил внимание прямо перед собой, на разбитых входных дверях.

Аларих поднялся с пропитанного кислотой пола. Дорогая шёлковая мантия впитала чёрную жижу и кровь Изольды. Тяжёлая ткань липла к ногам. Пальцы короля судорожно сжимались в кулаки.

— Гвардия… — выдохнул он. Голос сорвался на сиплый шёпот.

Я уловил вибрацию пола секундой раньше.

Кованые сапоги синхронно вбивали шаг в каменные плиты коридора. Паучиха держала элитные войска далеко за дверями, изолируя тронный зал, потому что не планировала принимать истинную форму.

Но кукловод сдох, и ментальный барьер рухнул. Солдаты ломились на звуки бойни.

БАБААААХ!

Массивные дубовые створки разлетелись внутрь зала.

Стальные петли вырвало из кладки вместе с кусками серого камня. Густое облако строительной пыли ударило по ноздрям. В проломе выросла глухая стена закованных в латы людей и массивных туш боевых питомцев.