Книга Егерь. Прилив, страница 1 – Николай Скиба

Ранний рассвет застал на палубе. Солнце только выбралось из-за горизонта, разливая по воде медные полосы. Солёный ветер бил в лицо и забирался под ворот разодранной куртки, выдувая остатки дрёмы. Третий день в море.

Для человека, привыкшего чувствовать тайгу, здесь всё было неправильно. Палуба постоянно уходила из-под ног, сбивая хищный вестибулярный аппарат, а густая вонь соли, йода и гниющих водорослей намертво забивала обострённое чутьё. Океан был огромной слепой зоной.

Борт упирался в лопатки, палуба покачивалась в такт волнам. Тело ломило так, будто каждую кость вынули, прокалили в горне и вставили обратно — не совсем на место. Остатки Зверомора до сих пор ворочались внутри. Не причиняли боли, но и не давали забыть о себе, напоминая о том, во что я могу превратиться.

У моего бедра, свернувшись клубком на рыбацком тулупе, спал волчонок.

Маленький, тощий, с рёбрами, торчащими сквозь шкуру. Засохшая кровь на боку так и не отмылась до конца, хотя Стёпа дважды пытался оттереть мокрой тряпкой — въелась в подшёрсток бурым пятном. Намертво, стала будто частью сути. Кровь его стаи, которую Сайрак вырезал в лесу, не оставив ничего живого, кроме этого щенка. Я узнал об этом недавно, когда наша связь стала крепче.

Прибился он сам. В подлеске, вышел на нас с Ланой — дрожащий комок, ищущий пропитания. Он не скулил и не рычал — просто смотрел на нас круглыми глазами и ждал смерти, которая не пришла.

— Ну что, малыш? Как же тебя назвать, а? — прошептал я, улыбнулся и открыл его параметры.

Питомец: Волк Жизни.

Уровень: 4.

Эволюционный индекс: G.

Характеристики питомца:

Сила: 2

Ловкость: 3

Поток: 9 (основа)

Навыки:

Чувство скрытого (G) — питомец способен ощущать присутствие сокрытого. Радиус и точность зависят от уровня развития.

Расплывчатое описание, бесполезный ранг, единственный навык без внятной боевой функции. Однако поток уже был на первом пороге, являлся основой, а вот ранг навыка — минимальный. Неужели поток развивает нечто иное? Физиологию тела? Такого я ещё не видел.

Ладно, мелкий. Потом разберёмся. Ты теперь мой и неважно, насколько ты полезен.

Красавчик шевельнулся за пазухой — тёплое тельце привычно вжималось под рёбра, и ладонь сама легла на горностая через ткань. Он коротко выдохнул и затих.

Над головой хлопнул парус, матрос на мачте крикнул что-то рулевому. Обычное утро на торговом судне, если не считать стаю хищников, дремлющих в потоковом ядре.

Через связь тянуло усталостью, тяжестью, тупой ноющей болью от ран, которые под действием зелий уже затянулись, но… Арена всё равно забрала у всех слишком много.

Стае нужен был воздух.

Афина материализовалась первой — огромная и полосатая. Доски застонали под весом тигрицы, когда она опустилась на палубу, и матрос, тянувший канат в десяти шагах, отшатнулся к борту, выронив верёвку. Тигрица не обратила внимания — повела мордой, принюхиваясь к морскому воздуху, потом заметила волчонка.

Подошла и основательно, не торопясь, обнюхала. Мокрый нос ткнулся в бок щенка, потом в загривок и в морду.

Волчонок проснулся и опрокинулся на спину, задрав лапки. Из горла вырвался тонкий скулёж — полная капитуляция.

— Грррр, — Афина дёрнула ухом, развернулась и легла в полуметре от него, положив массивную голову на лапы. Тёплая стена из мышц осталась рядом. Через связь от неё шло ровное и спокойное: свой, маленький, не трону.